Очевидцы поделились воспоминаниями о штурме Грозного в 2000 году

Очевидцы поделились воспоминаниями о штурме Грозного в 2000 году

Очевидцы поделились воспоминаниями о штурме Грозного в 2000 году

Очевидцы поделились воспоминаниями о штурме Грозного в 2000 году

Жителям Грозного приходилось прятаться в подвалах от непрерывных обстрелов, рассказали в 20-ю годовщину штурма чеченской столицы очевидцы тех событий. Военные, в феврале 2000 года, учли опыт первых боев в Грозном.

Вторая чеченская кампания началась 30 сентября 1999 года, когда российские войска вошли на территорию Чечни. Боевые действия продолжались 10 лет, до августа 2009 года. 6 февраля 2000 года и.о. президента Владимир Путин и министр обороны России Игорь Сергеев объявили о завершении операции «по освобождению Грозного». Российским войскам удалось окружить и блокировать Грозный к началу ноября 1999 года, однако вплоть до 6 февраля 2000 года в городе продолжались ожесточенные бои.

Военные учли опыт прошлых боев на улицах Грозного

Штурм Грозного, об окончании которого было объявлено 20 лет назад, был не лучшим тактическим решением, считает военный обозреватель Александр Гольц. Оптимальным решением был бы договор о сдаче города.

«Хорошего, удачного штурма не бывает, просто не может быть в принципе. Прежде всего потому, что обороняющиеся используют в качестве живого щита мирных жителей. Сама обстановка обеспечивает обороняющимся преимущество. Это приводит к многочисленным жертвам среди населения, так как работают артиллерия и авиация», — пояснил Гольц.

По его словам, военные при подготовке к штурму города учли опыт штурма Грозного 31 декабря 1994 года (во время «новогоднего штурма» Грозного военные делали ставку на устрашение противника и добровольную сдачу позиций).

«При штурме 1999-2000 годов опыт был учтен, были созданы подвижные штурмовые группы, состоящие из снайпера, гранатометчика, автоматчиков, которые позволяли действовать в условиях города. Но и это было зверское мероприятие», — сказал эксперт.

6 февраля 2000 года очень условно можно считать датой окончания боев, считает член экспертного совета офицеров России, военный политолог Александр Перенджиев. «Потому что потом было много разных конфликтов», — пояснил он.

Лишь 31 января 2006 года Владимир Путин заявил, что можно говорить об окончании контртеррористической операции в Чечне. Однако прошло еще три года, прежде чем председатель Национального антитеррористического комитета Александр Бортников 16 апреля 2009 года отменил на территории Чечни режим КТО.

Официальная дата завершения боевых действий условна «почти всегда», добавил Перенджиев. «Так было и в Сирии. Было заявление о завершении операции, полной победе и выводе войск. Но потом оказалось, что операция продолжается, а солдаты остаются», — сказал он.

Жители Грозного в феврале 2000 года были более готовы к штурму, чем в 1994 году, считает член совета Правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов. «Никаких официальных статистических данных нет, но из многих опросов жителей становится ясно, что второй штурм привел к меньшим потерям, чем первый. Это было связано и с тем, что люди были более подготовлены, поскольку уже пережили подобное. Они понимали войну, знали, что их ждет, лучше прятались, серьезнее относились к опасению погибнуть от обстрелов», — сказал Орлов.

Пришедшие в город военные расстреливали женщин и детей

Документально зафиксировано, что в ходе штурма и после него мирное население подвергалось насилию со стороны военных, подчеркнул правозащитник. «Военнослужащие убивали прятавшихся от пуль мирных жителей — врывались в подвалы и всех расстреливали. Возможно, солдаты были озлоблены, но никакого оправдания [их действиям] быть не может. Важны и последствия штурма: если жители Грозного смогли вздохнуть с облегчением, то возле города начались страшные, трагические зачистки. Так, в селе Новые Алды военные расстреливали всех без разбора – стариков, женщин», — напомнил Орлов.

5 февраля 2000 года в поселок Новые Алды, согласно свидетельствам очевидцев, вошли отряды милиции особого назначения, в течение нескольких часов жертвами внесудебных расправ стали более 50 человек. В числе убитых были годовалый ребенок, девять женщин и 11 престарелых жителей поселка. В 2000 году Правозащитный центр «Мемориал» задокументировал гибель 56 жителей, ставших жертвами «зачистки».

Военные, войдя в город, расстреливали местных жителей, подтвердила писательница Полина Жеребцова, которая была очевидицей тех событий. «Людей просто расстреливали. Убили местного русского парня, чеченца и ингуша. «Чтоб был интернационал», — смеялись военные. Недалеко от нас расстреляли пожилую женщину и ее дочь. Дочь была полностью раздета. Примерно через два квартала и выше, если подниматься от нас по частному сектору в гору, расстреляли девочку-чеченку семи лет с ее матерью и теткой. Люди с этой улицы рассказали, что старшую сестру расстрелянного ребенка, девушку, военные увели с собой. В подвал общежития от хлебозавода военные бросили гранату. Погибли и чеченцы, и русские, которые прятались там от обстрелов», — рассказала Жеребцова.

С угрозами расстрела столкнулась и сама Жеребцова. «В наш Старопромысловский район российские военные вошли 19 января 2000 года. Именно в этот день они угрожали нам расстрелом. Поставили у обрыва и постреляли над головой. Потом они сказали, что пошутили. Несмотря на рознь, которую спровоцировала война, Грозный до середины 2000-х оставался многонациональным городом. У обрыва стояли мирные люди: две русские семьи, одна чеченка, одна даргинка, баба Нина русско-украинских кровей, бабушка-белоруска, я и мама, и мальчик, у которого мать была русской, а отец ингуш. Мальчик от ужаса и бомбежек совсем перестал понимать, где он находится. Он принял российских военных за инопланетян, плакал, трясся и кричал: «Кыш! Кыш! Улетайте отсюда!» — поделилась воспоминаниями писательница.

Людям, по ее словам, приходилось выживать, поскольку решать бытовые нужды «казалось невозможным». «Ни еды, ни воды несколько месяцев. Полная блокада города. Мы топили снег, пили его, мешая на стакан талой воды ложку подгнившей муки, падали в голодные обмороки. Мне было 14 лет, и я была ранена. Хочу сказать, что никаких условий для того, чтобы люди выехали, не было. Был лагерь беженцев в Ингушетии, люди жили в палатках, в железнодорожных вагонах, которые не отапливались зимой, мерзли, голодали и часто возвращались назад под бомбы. Те, у кого не было родственников, спали на скамейках. И русские, и чеченцы выезжали — а пойти было некуда, помощи нет. С тем же самым мы с мамой столкнулись в 2004-2005 годах, когда уже сами выехали через десять лет войны», — рассказала Жеребцова.

По ее словам, во время первой чеченской кампании российские солдаты и боевики еще были готовы к обмену пленными или переговорам. «Вторая война в Чечне была страшной, жестокой, с привлечением […] полных отморозков-наемников. Среди них было много уголовников из тюрем, их боялись свои же солдаты-срочники», — поделилась воспоминаниями писательница.

В 2019 году исполнилось 25 лет с начала первой чеченской кампании. 11 декабря 1994 года, когда российские войска вошли в Чечню, жители республики до последнего надеялись, что конфликт закончится мирным соглашением сторон.

Штурм города запомнился грозненцам ракетными обстрелами и бомбардировками

Положение жителей Грозного в начале второй военной кампании и при штурме города было намного тяжелее, чем во время первой чеченской кампании, подтвердил житель Грозного Саид.

«Было намного тяжелее, страшнее и ужаснее. Обстрелы и бомбежки были постоянно, город не только из пушек обстреливали и «ГРАДов», но и ракеты применяли. Это было самое страшное. Первый удар ракетами по Грозному был в октябре [1999 года] по центральному рынку. Сотни человек погибли и были ранены. Мы с женой буквально минут за 15 до этого с рынка уехали, слышали мощный взрыв, потом уже от соседей узнали, что по рынку ударили какой-то мощной ракетой и много людей поубивало. На другой день я туда поехал, картина была страшная – всюду кровь, обломки… Еще через пару дней я вывез всю семью в село к родным, и до марта [2000 года] мы там были», – рассказал Саид.

Жительница Грозного Хава рассказала, что ее семье приходилось постоянно прятаться в подвале. «Намного тяжелее было во вторую войну, чем в первую. Обстрелы и бомбежки были постоянно. Особенно страшно было ночью, потому что не знаешь, откуда бьют и куда попадают. Мы целыми днями в подвале сидели и ночевали там же. Холод, сырость, голод, нехватка воды – все это нам пришлось перенести. Сегодня даже представить сложно, как мы тогда выжили», – призналась Хава.

Семья грозненки Тамары также спасалась от обстрелов в подвале. «Мы тогда жили в старом бараке, где под квартирами были подвалы. Это и спасло. Войска не как в первую войну шли, а сначала все подряд обстреливали из орудий, бомбили и потом продвигались. Мы, прежде чем керосинку или свечу дома зажечь, окна плотно закрывали, потому что они и на свет [стреляли]. В соседнем бараке русскую семью так убило, родителей и двух дочерей. Прямо в кухню, где они сидели, снаряд или мина попала. Они окно забыли завесить, когда собрались перекусить, вот по ним и ударили на огонек. Всех четверых насмерть. Младшая дочка только осталась, она у подружки своей ночевала. Мы их всех в садах напротив и похоронили, потому что на кладбище везти было невозможно. Весной, уже когда войска город (Грозный) заняли, перезахоронили их на русском кладбище в Первомайской», – рассказала Тамара.

Многие грозненцы после начала бомбежек и обстрелов, особенно после ракетного удара по центральному рынку и роддому, покинули Грозный, поделился воспоминанием местный житель Докка. «Кто в села уехал к родным и знакомым, кто в Ингушетию, пока там военные проезд не закрыли. Многие именно в Ингушетию бежали, потому что только туда и можно было какое-то время выбираться, в сторону Дагестана уже не пускали, как в первую войну. Мне повезло отправить семью в Ингушетию, после них уже потом колонну с беженцами разбомбили, и люди и туда боялись выезжать. Никакой уверенности, что сможешь ночь пережить, не было. Все было намного хуже, чем в первую войну, однозначно. И военные, после того как заняли город, с людьми обходились жестоко. Мародерство и убийства случались постоянно», – сказал грозненец.

Ракетные обстрелы во время второй кампании «были хуже всего», признался житель Грозного Висхан. «По нашему поселку такой ракетой ударили. Десятки людей погибли. Люди боялись днем хоронить погибших, потому что самолеты ракетами обстреливали тех, кто на кладбище собрался. По ночам хоронили. А когда военные здесь обосновались, то надо было у коменданта сначала разрешение взять, да на посту еще договориться, чтобы похоронную процессию пропустили. По всем и всему подряд стреляли. Моего дедушку военные чуть не застрелили, когда он пас нескольких своих коз и овец на окраине села. Подъехали на БТР, застрелили трех овец, а он возмутился, так они начали ему под ноги стрелять и предупредили, что если хоть шаг в их сторону сделает – убьют. Погрузили овец к себе и уехали», – рассказал Висхан.


Присоединяйтесь к нам: