Вторая чеченская война. 4 октября 1999 года. Бой в Червленной
Вторая чеченская война. 4 октября 1999 года. Бой в Червленной
Утром 4 октября 1999 года члены банды в районе станицы Червленной Шелковского района Чеченской Республики из засады напали на колонну военнослужащих 255-го МСП.
В результате 16 солдат и офицеров погибли, 28 получили ранения различной степени тяжести.
Кроме того, нападавшие подорвали танк Т-72, боевую машину пехоты БМП-2 и несколько автомашин. Многие участники нападения позже были уничтожены в ходе антитеррористических спецопераций на территории Северного Кавказа.
1. Ведерников Василий Николаевич
2. Дмитриенко Карен Сергеевич
3. Дроновский Игорь Сергеевич
4.. Космачев Михаил Николаевич
5. Кущенко Иван Алексеевич
6. Любимов Константин Константинович
7. Мазанов Игорь Николаевич
8. Плешаков Олег Владимирович
9. Решетняк Юрий Юрьевич
10. Салюшев Мансур Махмудович
11. Скаленко Андрей Николаевич
12. Сухин Андрей Сергеевич
13. Харитонов Николай Николаевич
14. Чакрян Сейран Ваграмович
15 Шимкович Виталий Иванович
16. Шишкин Роман Алексеевич
Военнослужащие 255-го мотострелкового полка у самодельного памятника погибшим однополчанам, установленным под станицей Червлённая. Октябрь 1999 года
Небольшой рассказ участника о событиях, произошедших в конце сентября — начале октября 1999 года.
*****
Песок, песок, песок…
Ротная колонна идет на юг, в Чечню. Еще под Кизляром, где собирался весь полк, прошел слух, что действиями только в Дагестане мы не ограничимся. Тогда командиры молчали о предстоящем, а теперь и так ясно.
Песок, песок, песок…
Он проникает повсюду и уже через несколько минут после начала движения противно скрипит на зубах, забивается за воротник, оседает на одежде. Дорог здесь фактически нет и комроты ведет колонну, сверяясь время от времени с картой, по кем-то проложенной колее. «Бэхи», натужно ревя движками, взбираются на дюну, чтобы затем с легкостью ринуться вниз, а дальше снова вверх по зыбкой поверхности.
Спуск-подъем, спуск-подъем, монотонно и не останавливаясь. На подъемах кто-нибудь из сидящих на башне оглядывается, проверяя не задремали ли расположившиеся сзади бойцы. Из-за постоянной усталости люди то и дело клюют носом и нужно следить, чтобы они не упали с брони под гусеницы следующей машины.
Вчера, 30 сентября, ребят, призванных из Татарстана, отправили домой, Шаймиев позаботился, чтобы жители его республики не погибали. Остался только механ моей «545-ой», татарин «Сафар». Они с наводчиком «Уварычем» закадычные друзья и решили вместе служить до самого дембеля. У остальных выбора нет, едем на войну…
Три дня в песках. Изредка попадаются маленькие рощицы вперемешку с терновником, сразу уничтожаемым голодными солдатами, мелькают пустые кошары местных жителей-ногайцев. После посещения одной из них, в башне взводной БМП поселяется парочка индюков, а в десанте — мешки с мукой и сахаром.
На протяжении 3 октября песок по пути постепенно сменяется на более твердую почву, вдоль дороги расстилаются заброшенные поля с арбузами. Мы приближаемся к обитаемым местам.
Переночевав как обычно в поле, утром 4 октября выстраиваемся в колонну и медленно начинаем движение вдоль лесополосы. Через полчаса слышим по рации, что ротный передает приказ спешиться. Строимся перед «бэхами». Черт! Где-то вдалеке слышится частая стрельба! Приказ Пулинцева немного ошеломляет всех: вырыть окопы перед виноградником, сейчас через него на нас пойдут «чехи»!
Схватив саперные лопатки, кидаемся копать. Почва песчаная и мы остервенело вгрызаемся в нее, стремясь как можно быстрее вырыть себе укрытие. Всех подгоняет страх, успеем — нет?! Впервые вероятность боя так реальна и неизведанное страшит своей неизвестностью, тысячи мыслей мелькают в голове: когда? что будет? как это? неужели? а вдруг смерть?..
В течении получаса окопы готовы у всех, и мы до боли в глазах всматриваемся в виноградник впереди: идут???
Подъезжает БТР замкомандира полка, и спрыгнувший с него подполковник Рафиков сообщает нам: «Ребята! Сейчас все садимся на «бэхи» и выдвигаемся на помощь первому батальону. Их обходят, надо отбить атаку «чехов»!»
БМП быстро преодолевают пару километров до цели, разъезжаясь в цепь, мы спешиваемся и с интервалом в 15-20 метров начинаем движение. Первые метров триста преодолеваем беспрепятственно, слушая ожесточенную перестрелку впереди. Затем: «Тиииу! Тиииу!», — начинают пролетать первые посланцы смерти. По команде взводного продолжаем передвижение перебежками: «Первые пошли! Вторые пошли!»
Чем дальше, тем тяжелее бежать, каска болтается и падает на глаза, бронежилет тянет к земле.
— Первые ложись!
Валишься на землю, в голове непрерывно молотит тысячами ударов кровь, не хватает воздуха, и сердце колотится как сумасшедшее.
— Вторые ложись!
— Первые пошли!
Бежать, петляя и пригибаясь, все тяжелее. Огонь «чехов» плотнее, и пение свинца сливается в непрерывный звук. Леденящий звук смерти…
А мы движемся вперед по полю ярко освещенному утренним солнцем, полю на котором за два часа умрут пятнадцать молодых ребят…
*****
Автор TWOWER
И ещё:
Свидетельство одного из очевидцев первого боя нашего полка в Чечне. Во время боя его танк был придан нашей 9-й роте:
Я сам «пиджаком» служил. Мой танк придали 9 роте в последний момент, поэтому я не успел перед боем скинуть пополнительные баки (которые продолжение борта). На огневой рубеж мой танк еще тянул БМП, которая не заводилась, после того как поняли — бесполезно бросили ее.
Первое время я соблюдал тактику (как учили): следовал за порядками пехоты, выбрал ложбину и загнал туда свой танк. Оттуда и постреливал. На правом фланге и в середине бой уже шел вовсю, пока 9 рота разворачивалась или ее подпускали ближе — это что я помню.
Через некоторое время ко мне подползает солдат (не помню из какого взвода) (это был солдат из 1-го батальона, не из нашей роты. — twower) и просит оказать помощь: говорит много раненых, одну или две БМП, которые пытались вывезти раненых — подбили; говорит: «Помогите.». Я — ему: «Как же я помогу, родной? Танк для этого не предназначен..». Он только слезы размазывает..
Я долго, в принципе, не думал, терять мне нечего.. Посадил на трансмиссию санитара, расчет АГС (даже не помню зачем, может просто рядом был). При выдвижении к месту боя почувствовал несколько резких толчков-сотрясений в башне. Выглянув (я сидел за наводчика, так как мой впал в полный ступор. Зато механик был обалденный — рядовой Ч…в откуда-то из Сибири), увидел что танк горит: спереди — где механик, справа — где пополнительные баки.
Потом рассказывали, что меня обстреляли из РПГ, кстати активная защита, наверное, здорово помогла. Я не стал корчить из себя героя, скомандовал механу задний ход и сделал несколько выстрелов из пушки по строениям, откуда велся огонь противника. Потом пехота мне рассказывала, что часть( большая или меньшая) наших, которая попала под перекрестный огонь чехов, успела элементарно отойти. Там, кстати, был взводник здоровый, кличка Малыш, тоже пиджак. Он это тоже рассказывал.
Доехав до пригорка, где залегла часть 9 роты под перекрестным огнем (и чехов и наших), мы покинули танк, который продолжал гореть. Механика мне пришлось вытаскивать, выбивать люк, так как его заклинило КЗТшкой (защитой). Вытаскивал за шкирку как кутенка, но автомат он держал при себе. Потом мы присоединились к пехоте за этим бугорком (это были солдаты 1-го батальона, нам уже поступил приказ отходить из огневой вилки.
Горящий танк был скрыт от меня этим самым пригорком, и я видел только черный столб дыма от него и еще одной подбитой БМП. — twower) и лежали там до темени. Потом на меня пытались много собак понавешать: и нарушил тактику боя, и сел за наводчика и т.д.
Присоединяйтесь к нам:
