Донской спецназ. Дни и ночи границы
Донской спецназ. Дни и ночи границы
Гул приближающейся машины нарушил ночную тишину. С каждой минутой звук усиливался, слышался все отчетливее и отчетливее.
— Товарищ старший лейтенант, едут! — оторвавшись от бинокля-ночника, доложил сидевший рядом с Дмитрием сержант. — Бензовоз один, но бочка на нем вместительная. Горючки тонн пять… Не меньше везет.
— Везет!.. — согласился с ним командир группы спецназа и посмотрел на светящийся циферблат часов. Стрелки показывали далеко за полночь. — И чего не спится людям?
Информацию о том, что по этой дороге из Чечни должны пройти несколько машин с левым бензином, “росичи” получили от оперативников. К ночи организовали засаду. И вот гости пожаловали.
Старший лейтенант включил рацию:
— “Купол”! Я “Белый”. Прошу на связь.
— “Купол” на приеме. Что случилось?
— Информация подтвердилась. Бензовоз на подходе. Минут через пять будет рядом с нами. Разрешите начинать?
— Вперед!
Движок завелся с пол-оборота. БТР выскочил на середину неширокого с твердым покрытием шоссе и встал, направив яркий свет фар на приближающийся топливозаправщик. Одетые в белые маскхалаты бойцы — ночью в предгорье выпал обильный снег — соскочили с брони и цепочкой выстроились по обочинам трассы, взяв на изготовку стволы Калашникова.
Заслоняя ладонью глаза от яркого света, бородатый мужчина подошел к Дмитрию, вежливо поздоровался.
— Откуда, куда, зачем? — ответив на приветствие, поинтересовался Белый.
— Домой еду, гражданин начальник. Горючку везу в село, для отчета нашему председателю. Много везу и дешевого. Тракторам надолго хватит.
— И документы на груз имеются?
— А как же? — и незнакомец достал из кармана целую кучу бумаг.— Вот накладная, путевой лист, это квитанция. Все как полагается, гражданин начальник.
— А почему “гражданин”? — внимательно просматривая бумаги, спросил Дмитрий.
— А!..— махнул рукой бородач. — Привычка. Еще с советских времен осталась. Как покинул заведение одного гостеприимного хозяина, с тех пор так и общаюсь с людьми в форме.
— Понятно. А что так поздно домой возвращаетесь?
— Да, подзадержались, — согласился с офицером шофер.— Пока грузились. То да се. Пока таможню прошли…
— Горючку когда получали?
— Вчера. Там же записано.
— Но накладная месячной давности, — удивился Дмитрий. Словоохотливость бородача уже стала его раздражать. — И на квитанции никаких печатей.
— Эх, дорогой! Какие печати?.. Я деньги дал, они мне бензин налили. Ударили по рукам, а бумажки так, для порядка.
— Вот что, гражданин. Лапшу на уши будете своему председателю вешать. Сейчас вместе с вами в машину сядут мои бойцы, и вы последуете за нами. Груз задерживается. И без фокусов. Попробуете бежать, применим оружие.
— Ладно. Клянусь Аллахом, горючка моя. Хочу продать здесь, у вас. У нас в Чечне она никому не нужна. А дома жена, дети. Все кушать хотят. Пропусти, сто баксов дам.
— С этого бы и начинал. А то детям еду купить не на что… — рассмеялся Дмитрий и, повернувшись к подчиненным, скомандовал: — Обыщите этого субъекта.
— Товарищ старший лейтенант! — Один из бойцов достал из кармана куртки бородача сотовый телефон. — Богато живет “колхозничек”.
— Все ясно! Решили зря не рисковать и послали одну машину. А этот, — Дмитрий кивнул на задержанного, — еще и на вшивость нас проверял. Наверняка успел сказать своим, что дорога перекрыта. Сегодня по ней уже никто не поедет. Бензовоз отгоним в местный райотдел. Туда же сдадим и коммерсанта. Так что по коням!
Через несколько минут дорога вновь стала пустынной.
— “Купол”! Я “Белый”, груз доставлен и сдан под охрану. Какие будут указания?
— Возвращайтесь на базу! — приказал “Купол”.
К тому времени утро уже вступило в свои права. Для группы спецназа из “Росича” закончилась еще одна бессонная ночь. Как и предыдущая, она прошла не впустую, но без особых осложнений. Наверное, поэтому настроение у возвращавшихся с задания “росичей” было приподнятым. С первыми лучами солнца заметно посветлели и лица моих собеседников.
— “Чичики” с левым бензином окольные пути ищут. Да не тут-то было. Мы тоже хлеб даром не едим, информацией владеем, ситуацию отслеживаем, — рассказывает старший лейтенант Дмитрий Белый. Так просил называть себя офицер. Его стриженную под ноль голову украшал краповый берет. — Наша группа — одна из лучших в отряде. Почти половина ребят “краповики”. Есть и молодые, для которых это первая командировка на границу.
Сам Дмитрий в отряде не первый год. Успел повоевать. О бое под Бамутом, на Лысой горе, знает не понаслышке. Погибшие там старший лейтенант Миша Немыткин и прапорщик Олег Терешкин, посмертно удостоенные звания Героя России, теперь навечно зачислены в списки группы. Так что груз ответственности перед светлой памятью павших Дмитрий ощущает в полной мере. Да и не только он. Наверное, поэтому отношение к службе у братишек-спецназовцев серьезное. У командира ВОРеза претензий к бойцам нет.
На границе “росичи” не новички. Службу здесь несут, почитай, со дня вывода войск. Вот и недавно сменили земляков-дончаков из отряда “Скиф”. Будни? Они обычные. Выезды на операции, обеспечение разведывательных и поисковых мероприятий.
Разговаривая с Дмитрием, я и не заметил, как приехали на временную базу отряда. Вернувшихся с задания спецназовцев встретил худощавый майор Александр Мельник. Беседу о буднях отряда продолжил уже с ним в вагончике, где жили офицеры.
— Ничем необычным пока эта командировка не засветилась, — говорит Александр. — Обстановка на границе хоть и достаточно сложная, но под контролем. Боевики ведут себя осторожно. Во всяком случае ожесточенных перестрелок и боевых столкновений не было.
Только надолго ли это затишье? Никто не знает.
— Да и не наше это дело — заниматься анализом сложившейся ситуации. Наша задача — надежно страховать тех, кто прикрывает границу. А с ней мы справляемся. Видите, группа уходит на задание. Туда, на границу.
Вместе с майором выходим из вагончика, подходим к БТРам. Сидевшие на броне и упакованные по полной боевой бойцы ждали команду на выезд.
Возглавлял группу командир ВОРеза.
— Жди нас, Александр, денька через два. Связь как обычно. Будешь звонить домой, поклон Тихому Дону. Командиру скажи, пока все нормально. —
Подполковник взмахнул рукой, и, поднимая тучи брызг от стремительно таявшего снега, бэтээры умчались.
Мы с Александром расположились на скамеечке. Подошел и присел рядом с нами освободившийся от боевых доспехов Белый.
— Как прошла операция, Дима? — спросил у него отрядный воспитатель.
— Да какая это операция? Так, слезы. Взяли “чичика” с левым бензином. Сопроводили до райотдела и вернулись.
Офицер жаждал настоящего дела. Адреналин наполняет тела силой и энергией. А выплеснуть ее некуда. Вот и скучают братишки.
— Ничего, мужики, еще повоюете, — замечает майор Мельник.
И как в воду глядел.
Выскочивший из караулки дежурный офицер попросил его подойти к телефону. После короткого разговора, Александр пригласил к себе в вагончик Дмитрия и вскоре Белый вместе с бойцами на БТРе покинул базу.
— Что-то случилось?
— Да как вам сказать… Поступила информация, что чеченцы пытаются провести окольными путями какой-то груз. Есть подозрение, что это оружие. Вот омоновцы и попросили командующего группировкой выделить группу спецназа. Дмитрий хоть и с ночи, но, сами видели, мигом умчался. Да и чего греха таить — группа у него и вправду одна из лучших.
Вернулся Белый довольно скоро.
— Все нормально, товарищ майор. Машину задержали. Отправили ее в отдел, ею омоновцы занимаются. А мы сюда, на отдых.
На этот раз офицер действительно пошел отдыхать, а вместе с ними ушли и его бойцы. Право на несколько часов крепкого сна они заслужили.
Вечерело. Для “росичей” заканчивался еще один день их боевой вахты, обычный трудовой день донского спецназа.
Журнал «Братишка» №5 1999. Николай КАМШЕКИН. Фото Александра АЛЕКСАНДРОВА
Присоединяйтесь к нам:
