Донской спецназ. Дни и ночи границы

Гул приближающейся машины нарушил ночную тишину. С каждой минутой звук усиливался, слышался все отчетливее и отчетливее.

— Товарищ старший лейтенант, едут! — оторвавшись от бинокля-ночника, доложил сидевший рядом с Дмитрием сержант. — Бензовоз один, но бочка на нем вместительная. Горючки тонн пять… Не меньше везет.

— Везет!.. — согласился с ним командир группы спецназа и посмотрел на светящийся циферблат часов. Стрелки показывали далеко за полночь. — И чего не спится людям?

Информацию о том, что по этой дороге из Чечни должны пройти несколько машин с левым бензином, “росичи” получили от оперативников. К ночи организовали засаду. И вот гости пожаловали.

Старший лейтенант включил рацию:

— “Купол”! Я “Белый”. Прошу на связь.

— “Купол” на приеме. Что случилось?

— Информация подтвердилась. Бензовоз на подходе. Минут через пять будет рядом с нами. Разрешите начинать?

— Вперед!

Движок завелся с пол-оборота. БТР выскочил на середину неширокого с твердым покрытием шоссе и встал, направив яркий свет фар на приближающийся топливозаправщик. Одетые в белые маскхалаты бойцы — ночью в предгорье выпал обильный снег — соскочили с брони и цепочкой выстроились по обочинам трассы, взяв на изготовку стволы Калашникова.

Заслоняя ладонью глаза от яркого света, бородатый мужчина подошел к Дмитрию, вежливо поздоровался.

— Откуда, куда, зачем? — ответив на приветствие, поинтересовался Белый.

— Домой еду, гражданин начальник. Горючку везу в село, для отчета нашему председателю. Много везу и дешевого. Тракторам надолго хватит.

— И документы на груз имеются?

— А как же? — и незнакомец достал из кармана целую кучу бумаг.— Вот накладная, путевой лист, это квитанция. Все как полагается, гражданин начальник.

— А почему “гражданин”? — внимательно просматривая бумаги, спросил Дмитрий.

— А!..— махнул рукой бородач. — Привычка. Еще с советских времен осталась. Как покинул заведение одного гостеприимного хозяина, с тех пор так и общаюсь с людьми в форме.

— Понятно. А что так поздно домой возвращаетесь?

— Да, подзадержались, — согласился с офицером шофер.— Пока грузились. То да се. Пока таможню прошли…

— Горючку когда получали?

— Вчера. Там же записано.

— Но накладная месячной давности, — удивился Дмитрий. Словоохотливость бородача уже стала его раздражать. — И на квитанции никаких печатей.

— Эх, дорогой! Какие печати?.. Я деньги дал, они мне бензин налили. Ударили по рукам, а бумажки так, для порядка.

— Вот что, гражданин. Лапшу на уши будете своему председателю вешать. Сейчас вместе с вами в машину сядут мои бойцы, и вы последуете за нами. Груз задерживается. И без фокусов. Попробуете бежать, применим оружие.



— Ладно. Клянусь Аллахом, горючка моя. Хочу продать здесь, у вас. У нас в Чечне она никому не нужна. А дома жена, дети. Все кушать хотят. Пропусти, сто баксов дам.

— С этого бы и начинал. А то детям еду купить не на что… — рассмеялся Дмитрий и, повернувшись к подчиненным, скомандовал: — Обыщите этого субъекта.

— Товарищ старший лейтенант! — Один из бойцов достал из кармана куртки бородача сотовый телефон. — Богато живет “колхозничек”.

— Все ясно! Решили зря не рисковать и послали одну машину. А этот, — Дмитрий кивнул на задержанного, — еще и на вшивость нас проверял. Наверняка успел сказать своим, что дорога перекрыта. Сегодня по ней уже никто не поедет. Бензовоз отгоним в местный райотдел. Туда же сдадим и коммерсанта. Так что по коням!

Через несколько минут дорога вновь стала пустынной.

— “Купол”! Я “Белый”, груз доставлен и сдан под охрану. Какие будут указания?

— Возвращайтесь на базу! — приказал “Купол”.

К тому времени утро уже вступило в свои права. Для группы спецназа из “Росича” закончилась еще одна бессонная ночь. Как и предыдущая, она прошла не впустую, но без особых осложнений. Наверное, поэтому настроение у возвращавшихся с задания “росичей” было приподнятым. С первыми лучами солнца заметно посветлели и лица моих собеседников.

— “Чичики” с левым бензином окольные пути ищут. Да не тут-то было. Мы тоже хлеб даром не едим, информацией владеем, ситуацию отслеживаем, — рассказывает старший лейтенант Дмитрий Белый. Так просил называть себя офицер. Его стриженную под ноль голову украшал краповый берет. — Наша группа — одна из лучших в отряде. Почти половина ребят “краповики”. Есть и молодые, для которых это первая командировка на границу.

Сам Дмитрий в отряде не первый год. Успел повоевать. О бое под Бамутом, на Лысой горе, знает не понаслышке. Погибшие там старший лейтенант Миша Немыткин и прапорщик Олег Терешкин, посмертно удостоенные звания Героя России, теперь навечно зачислены в списки группы. Так что груз ответственности перед светлой памятью павших Дмитрий ощущает в полной мере. Да и не только он. Наверное, поэтому отношение к службе у братишек-спецназовцев серьезное. У командира ВОРеза претензий к бойцам нет.

На границе “росичи” не новички. Службу здесь несут, почитай, со дня вывода войск. Вот и недавно сменили земляков-дончаков из отряда “Скиф”. Будни? Они обычные. Выезды на операции, обеспечение разведывательных и поисковых мероприятий.

Разговаривая с Дмитрием, я и не заметил, как приехали на временную базу отряда. Вернувшихся с задания спецназовцев встретил худощавый майор Александр Мельник. Беседу о буднях отряда продолжил уже с ним в вагончике, где жили офицеры.

— Ничем необычным пока эта командировка не засветилась, — говорит Александр. — Обстановка на границе хоть и достаточно сложная, но под контролем. Боевики ведут себя осторожно. Во всяком случае ожесточенных перестрелок и боевых столкновений не было.

Только надолго ли это затишье? Никто не знает.

— Да и не наше это дело — заниматься анализом сложившейся ситуации. Наша задача — надежно страховать тех, кто прикрывает границу. А с ней мы справляемся. Видите, группа уходит на задание. Туда, на границу.

Вместе с майором выходим из вагончика, подходим к БТРам. Сидевшие на броне и упакованные по полной боевой бойцы ждали команду на выезд.

Возглавлял группу командир ВОРеза.

— Жди нас, Александр, денька через два. Связь как обычно. Будешь звонить домой, поклон Тихому Дону. Командиру скажи, пока все нормально. —

Подполковник взмахнул рукой, и, поднимая тучи брызг от стремительно таявшего снега, бэтээры умчались.

Мы с Александром расположились на скамеечке. Подошел и присел рядом с нами освободившийся от боевых доспехов Белый.

— Как прошла операция, Дима? — спросил у него отрядный воспитатель.

— Да какая это операция? Так, слезы. Взяли “чичика” с левым бензином. Сопроводили до райотдела и вернулись.

Офицер жаждал настоящего дела. Адреналин наполняет тела силой и энергией. А выплеснуть ее некуда. Вот и скучают братишки.

— Ничего, мужики, еще повоюете, — замечает майор Мельник.

И как в воду глядел.

Выскочивший из караулки дежурный офицер попросил его подойти к телефону. После короткого разговора, Александр пригласил к себе в вагончик Дмитрия и вскоре Белый вместе с бойцами на БТРе покинул базу.

— Что-то случилось?

— Да как вам сказать… Поступила информация, что чеченцы пытаются провести окольными путями какой-то груз. Есть подозрение, что это оружие. Вот омоновцы и попросили командующего группировкой выделить группу спецназа. Дмитрий хоть и с ночи, но, сами видели, мигом умчался. Да и чего греха таить — группа у него и вправду одна из лучших.

Вернулся Белый довольно скоро.

— Все нормально, товарищ майор. Машину задержали. Отправили ее в отдел, ею омоновцы занимаются. А мы сюда, на отдых.

На этот раз офицер действительно пошел отдыхать, а вместе с ними ушли и его бойцы. Право на несколько часов крепкого сна они заслужили.
Вечерело. Для “росичей” заканчивался еще один день их боевой вахты, обычный трудовой день донского спецназа.

Журнал «Братишка» №5 1999. Николай КАМШЕКИН. Фото Александра АЛЕКСАНДРОВА


Присоединяйтесь к нам:

Яндекс.Дзен

Добавить комментарий