Бой в Будённовске глазами бойца «Альфы»
Бой в Будённовске глазами бойца «Альфы»
Рассказывает ветеран группы антитеррора «Альфа» Сергей Милицкий: 15 июня 1995 года, захват боевиками Басаева больницы в городе Будённовске. Я не хочу повторять то, что было сказано и написано за двадцать четыре года, прошедшие с тех страшных событий. С одним согласен, с другим — нет…
Я хочу рассказать, каким этот бой в Будённовске увидел я. Как говорил Александр Васильевич Суворов: «Каждый воин должен понимать свой маневр».
Исходя из моего опыта службы в Группе «Альфа» и в других подразделениях органов безопасности, могу с уверенностью сказать: только очень подготовленный солдат, ведя бой, выполняя поставленную перед ним задачу, может в последующем наиболее точно рассказать о своих действиях.
…Мне двадцать шесть лет, я ни разу не был в бою. За четыре года службы в «Альфе» мне приходилось участвовать в разных интересных мероприятиях, но в настоящем бою я не был. Вместо намеченных на завтра шашлыков — тревога! Прибыли в аэропорт. Первая информация: где-то на Северном Кавказе боевиками захвачен город. В полете снарядив ленты своего пулемета ПК, как и большинство ребят, засыпаю.
Приземлились ночью 15 июня, затем посты наблюдения, дежурства и подготовка к штурму больницы с террористами и заложниками, хотя в него особенно и не верили.
16 июня, вечером, я первый раз лег на постель, а уже ранним утром, когда еще было темно, нас разбудили и сказали, что будет штурм. Помню, мы собирались очень спокойно. Кто-то предложил выпить «наркомовских», но я пить не стал, снял с руки часы и сказал, если что-нибудь случится — чтобы сыну отдали… Однако потом забрал и сказал: «Сам подарю».
На построении для получения приказа я обратил внимание, что солдаты внутренних войск вооружены для ведения общевойскового боя: кроме автоматов и пулеметов, было много гранатометов и ручных гранат разного назначения.
Сначала поехали на автобусе, затем шли один за другим, с головным дозором впереди. Первые вспышки выстрелов я увидел, как мне кажется, когда мы были достаточно далеко от больницы. Подойдя к ближайшему зданию, увидел там отдел полковника Александра Владимировича Михайлова, по которому и велся огонь.
Я так понял, что нашей задачей было пройти к больнице через гаражи со стороны пищеблока, но, если честно, я особенно не вникал, так как шел за своим командиром — полковником Юрием Викторовичем Дёминым.
С Сергеем Савчуком проделали проход в сетке-рабице и вышли во двор гаражей. Где-то совсем рядом уже шла серьезная перестрелка, а мы в полной тишине перебежали к одноэтажному пищеблоку больницы. По-моему, очень быстро рассвело, и, как мне кажется, где-то в это время я услышал голос Володи Соловова: «…Все, руке конец!». Больше я его не слышал.
Вдоль гаражей, куда побежал Соловов — деревья и небольшой кустарник. Подумали, что он там. Я бросил дымовую шашку, чтобы прикрыть товарища. Все заволокло дымовухой, а Володи нет и нет! Еще одну шашку бросили, опять нет!
…Через какое-то время, я даже не помню, через какое, услышал, что Фёдор Литвинчук, который шел в головном дозоре, ранен в бедро. Хотя из-за плотности огня его не могли вытащить, я ему даже позавидовал — бой только начался, а для него он уже закончен. Далеко не все, но кто-то, может, быть меня поймет. Так было.
И вот мы у больницы, нас пятеро: Юрий Викторович Дёмин, Сергей Савчук, Владимир Корольков, Александр Христофоров и я. Задача — стрелять над окнами, между окнами и по перекрытиям, отвлекать внимание боевиков от штурмующих отделов, если удастся проникнуть в здание.
С первой задачей было справиться несложно, мы по очереди высовывались из-за угла и стреляли по основному корпусу, до которого была пара сотен метров.
Вторая задача была выполнена почти сразу — террористы нас заметили и открыли по нам шквальный огонь, таким образом мы отвлекли на себя какое-то количество боевиков.
С третьей задачей мы справиться пробовали, но, хотя перед нами была дверь в больницу, изнутри она была завалена так, что даже очереди из моего ПК в упор ее не пошевельнули.
Мы, несмотря ни на что, продолжали выполнять задачу и, по-моему, это сильно мешало боевикам — нашу группу стали обстреливать и с нижних этажей больницы, и с этажей, находящихся над нами.
Нас спасало то, что мы находились в мертвой зоне, и пули не причиняли нам вреда. Тем не менее, плотность огня увеличилась, и когда я в очередной раз приготовился стрелять, очередь из пулемета разбила угол, и меня ранило в бедро. Хорошо, что пуля срикошетила и улетела, а мне досталась очень горячая оболочка, которая прижгла и остановила кровь. В общем, было не больно.
Когда с верхнего этажа стрельба усилилась, Ю. В. Дёмин кинул вверх гранату — огонь прекратился.
И тут начали взрываться гранаты, кажется, «моя» прилетела не сверху, а сбоку. Что-то попало в глаз, Юрий Викторович сказал: «Сереж, дай посмотрю», — и взглянул мне в лицо. Его взгляд я помню до сих пор.
Мне стали бинтовать голову сразу прямо поверх каски. Ситуация усложнялась — гранаты все падали. Мы присели, прижались к стене и получали осколки — конечно, бронежилеты спасали, но досталось и нам.
Удар — и резко подбросило правую руку. Да, думаю, повоевали — глаза нет, и руку оторвало. Пошевелил пальцами, оказалось, рука почти в норме.
Несмотря шквальный огонь, надо было отходить. Юрий Викторович спросил: «Готовы?» Я честно ответил: «Да, но вы только команду дайте — я так не побегу». «Три, два, один — вперед», — и мы с Сашей Христофоровым рванули.
Кажется, всего двадцать метров, — я вас уверяю, бежали мы очень быстро, — но пули летят быстрее, и за два метра до укрытия они нас настигли, сбили с ног, так что заканчивали мы свой рывок на четвереньках. Нам еще повезло, что ребята протянули руки и вытащили нас за ворота.
Я встал. Я был по-настоящему счастлив, мне заматывали ногу, а я даже не обращал на это внимание. Хуже было у Сани: три пули, пробив сбоку бронежилет, попали ему в спину, две в автомат — сильно осушив руку.
Так для меня закончился этот бой…
Вице-президент Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» полковник Юрий Дёмин:
Полковник Юрий Дёмин (слева) во время штурма больницы получил тяжелейшую травму, но потом вернулся в строй. Фото Анны Ширяевой
— Я побежал вокруг гаражей, там где‑то метров сорок-пятьдесят, и выскочил к открытым воротам. Через них было видно, что отсюда намного ближе до здания, буквально метров двадцать-двадцать пять. А на первоначальном маршруте — не менее ста пятидесяти метров.
За мной подтягивалось подразделение, и у меня за спиной был Сергей Милицкий. Я ему говорю: «Серёж, ты меня прикрой. Я сейчас подбегу к больнице, посмотрю, что там происходит». Он меня стал прикрывать, и, по всей видимости, этого боевики не ожидали — я проскочил, по мне ни одной очереди не засадили.
Когда я подбежал к больнице, вернее, к пристройке хозблока, за мной подбежал Милицкий, потом еще двое: Александр Христофоров и Владимир Корольков, и только тогда террористы нас заметили. Они поняли, что мы обошли их и уже находимся под окнами больницы. Тогда они открыли по нам шквал огня. Хорошо, что у этого хозблока была небольшая мертвая зона. Она нас и спасла: спинами прижались к стене, встали. Что дальше? Весь асфальт перед нами словно отбойным молотком раскурочили.
— По нашей традиции, дал им отсчет, и ребята рванули! Как только они из мертвой зоны выскочили, раздалась длинная автоматная очередь… Ребята бегут, а пули их догоняют — один спотыкается, второй, и оба падают буквально перед воротами. Мне было мучительно больно на все это смотреть. На тот момент я посчитал, что зря дал им эту команду. Показалось, что их я убил! Но вдруг две руки из‑за ворот хватают их за шкирку и буквально затаскивают в мертвую зону. Иначе их бы добили. Я с облегчением вздохнул.
Автор — вице-президент Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа». Награжден четырьмя орденами Мужества (один из четырех в России) и орденом «За военные заслуги», двумя медалями «За отвагу», медалями Суворова и «За спасение погибавших», многими ведомственными наградами. Полковник запаса.
PS. В Буденновске погибли 147 человек, около 500 были ранены. В числе погибших 18 милиционеров и 17 военнослужащих.
Присоединяйтесь к нам:
