Алексей Балкарин. Дорога на войну

Декабрь 1994-го. Северный Кавказ. Беслан… Получаю приказ от старшего группировки ВДВ взять в три часа ночи под охрану и провести в указанный район пехотную колонну из двадцати восьми автомобилей с личным составом, восемь машин с боеприпасами и шесть топливозаправщиков.

И на эту «колбасу» мне выделили всего три БТР-80 сопровождения. Но делать нечего, надо выполнять. Недолго думая, собрал личные вещи, вычистил оружие. К выезду готов.

Зампотылу группировки, узнав о моем скором выезде в район боевых действий, начал укомплектовывать мой БТР доппайком. До этого дня я не видел столько колбасы, сыров и прочих яств. Даже свежие яйца нашлись!

Соседи по палатке – летчики – решили меня проводить, быстро организовали стол и усадили как родного. Комэск Николай, заметив мою грусть, поинтересовался, в чем дело. Я ему объяснил, что для надежной охраны колонны недостаточно трех БТРов.

Николай, немного поразмыслив, шепнул: «Не боись, командир, мы тебя сверху прикроем! Обещаю!»

Нежданно-негаданно меня известили, что со мной поедут еще двое особистов из нашей бригады.

В 3.00 нахожусь на месте, получаю колонну. Начальник колонны подполковник-автомобилист жмет мне руку и залезает в командирский люк моей машины.

Вызываю старших двух других БТРов, инструктирую, определяю порядок движения, организую радиосвязь, определяю основную и запасную частоты. Надеваю «говорящую шапку», сажусь на броню, опустив левую ногу в командирский люк: «Трогаемся!».

Где-то за Черменским кругом закипел радиатор первого автомобиля из техзамыкания. Принимаю решение вернуть эту машину в пункт дислокации своим ходом. Пока есть радиосвязь с базой, докладываю о происшествии.

С рассветом мы были уже под Ассиновской. Первая наша остановка. Дорога впереди закрыта. В воздухе витает запах войны, чувствуется нервное напряжение. Грязь, простреленные дорожные знаки, баррикады из бетонных блоков, поваленных тополей.

Грязные и замерзшие солдаты-комендачи просят старшего колонны пройти на комендантский пост ВАИ. Спешиваюсь и, перебросив автомат через голову, иду на пост.

Под пост переоборудована бывшая автобусная остановка на трассе Ростов – Баку. Везде мешки с землей, ни одного целого стекла. Внутри, у печки-буржуйки, сидят двое, еще один спит рядом на кровати. Спрашиваю: «Кто здесь старший?»

Мне нехотя отвечают и начинают заваливать вопросами: кто, откуда, зачем и сколько. Отбиваюсь. Узнаю, что прямо дороги нет, в местном лесу зверствует банда тогда еще не известного Арби Бараева. А вчера, говорят, где-то рядом была разбита автоколонна внутренних войск. Семерым офицерам отрезали головы.

Выделив два сухих пайка комендачам, поворачиваю колонну влево на девяносто градусов и направляюсь вдоль окапывающихся пограничников к разведанной переправе.

Идем рядом с лесопосадками. В небе слышится нарастающий рокот приближающихся вертолетов. Их два. Наши «горбатые», или «полосатые», как мы их называем. На душе становится теплее. Свои! Сдержал-таки комэск свое обещание. Молодец!

Поравнявшись с головой колонны, вертолеты притормаживают. Вижу в кабине одного из них размахивающего руками Николая. Не поняв его знаков, все же останавливаю колонну рядом с постом внутренних войск. Впереди большое вспаханное поле, за ним ферма.

У старшего вэвэшника интересуюсь обстановкой. Он показывает мне вперед – вдали, на расстоянии около восьмисот метров, здание фермы. Говорит, что оттуда по ночам постреливает снайпер. Подползает поближе и делает за ночь два-три выстрела.

В это время Ми-24 взяли «на прицел» именно эту ферму и нанесли по ней ракетный удар. Ферму и стог сена рядом с ней сразу охватило пламя. До нас доносились треск горящего шифера и несколько разрывов, по всей видимости, гранат или мин. Похоже, что там нас ждала засада. Спасибо, ребята!..

Расстаемся с вэвэшниками в приподнятом настроении.

Пройдя несколько километров дальше, до базового района 19-й мсд, наши «архангелы» покружили несколько раз над нами и, сделав знак «Путь свободен», о котором мы договорились с Николаем ранее, ушли на Беслан.

Дальше предстояло идти без прикрытия…

Подошли к переправе. В узком месте Сунжи лежал колейный мост, установленный армейским мостоукладчиком.

Приказываю колонне остановиться слева от дороги. Даю команду первому БТРу форсировать замершую реку справа от моста, спешить бойцов и быть в готовности работать тягачом, если какая-то из машин сойдет с моста. Старший выполнил мою команду, и БТР прошел вброд, ломая тонкий лед.

Проверив мост на наличие всевозможных подлянок, даю команду первой машине: «Вперед!». За ней отправляю остальные.

Две машины прошли нормально, а третья съехала с моста и села на передний мост прямо посередине дороги. Спешенный личный состав отвели в сторону.

Принимаю решение стянуть эту машину обратно БТРом на наш берег, чтобы не допустить ее опрокидывания.

Пока я руководил этими действиями, ко мне на броню залез покурить Серега – молодой лейтенант-автомобилист из нашей бригады, ехавший старшим на топливозаправщике. Закуривая, спрашивает меня: «А как дальше-то поедем?». Объясняю, что поедем вдоль поля, пересечем железную дорогу, а далее – вдоль предгорий.

Пока я объяснял наш путь, стоящую колонну обошли два ЗИЛ-131 вэвэшников, с красными кругами на дверях и изображением лошади посредине, и форсировали реку вброд там, где прошел мой БТР. В точности повторяя описанный мной Сереге маршрут, первая машина, надрывно гудя двигателем, с разбегу поднялась на противоположный берег и, выйдя к полю, подорвалась на мине! Кабину и кузов с тентом моментально окутали черный дым и ярко-красное пламя, запасное колесо подкинуло в воздух на несколько десятков метров! Никто из находившихся вблизи наших солдат из-за сильного пламени и жара не смог приблизиться к пылающей машине, чтобы помочь выбраться раненым…

У Сереги чуть сигарета не упала от увиденного! Я и сам опешил. Серега поворачивается ко мне и спрашивает, заикаясь: «А сейчас-то как поедем?». Недолго думая, отвечаю, что чуть левее по пахоте я на БТРе накатаю колею для автомобилей. По ней и пойдем.

Словно услышав мои слова, вторая машина с «огненной лошадью» на борту, не имея возможности остановиться в воде и на скользком заснеженном подъеме, сворачивает влево, чтобы объехать горящую машину и… подрывается на мине! Взрыв меньший по силе. Противопехотная, промелькнуло в голове. Из кабины и кузова успевают выскочить несколько бойцов. Наши кидаются на помощь.

Форсировав реку, я направил колонну через железнодорожное полотно и далее вдоль предгорья. Из-за отвратительной дороги, шедшей вдоль «железки» и изобиловавшей ямами и воронками, я вынужден был остановиться, чтобы собрать растянувшуюся колонну. Впереди слева виднелся базовый район 19-й мсд: летают боевые вертолеты, работает артиллерия.

Вперед! Поравнявшись с самоходным артдивизионом, ведущим огонь куда-то вдаль, по невидимому нам противнику, я обратил внимание, что ближняя к нам самоходка настежь открыта и из всех ее люков идет густой сизый дым. На пороховую гарь от выстрелов не похоже – остальные самоходки выглядят нормально. В голове мелькает мысль – поражение гранатометным выстрелом! Подаю команду всем находящимся в моем распоряжении бойцам:

– Противник справа! К бою!

Бойцы выскакивают и занимают справа от БТРа удобные позиции для стрельбы. Оцениваю обстановку. От самоходки до лесопосадки метров пятьсот-шестьсот. РПГ на такую дальность не стреляет. Ищу противника. БТР развернул башенную установку вправо, также цель не наблюдает. Послушав звуки в том направлении и не найдя ничего подозрительного, подаю команду на сбор. Влезаю на броню и вижу, как из люков самоходки выскакивают четверо бойцов и бегут в мою сторону.

Колонна в это время уже подтягивается к самоходке.

Добежав до моего БТРа, все четверо бойцов-самоходчиков залезают на броню и кричат наперебой, чтобы мы скорее отъезжали от самоходки, а то сейчас будет взрыв.

Хотя колонна еще не успела полностью собраться, подал команду на начало движения, чтобы не подвергать опасности находящихся в машинах. Отъезжаем на безопасное расстояние. Ждем две отставшие машины и БТР замыкания. На всякий случай приказываю всем спешиться и зайти за машины. Выполняют. Тут и раздается сильнейший взрыв – самоходка превращается в большой костер, а по округе разлетаются осколки от ее бронекорпуса. Рядом с нашим БТРом приземляется крышка люка весом более двадцати килограмм. Вот это осколочек! Еще раз нам повезло!..

– По местам!

Собрав колонну, заслушиваю доклады о техсостоянии, заправке машин и отсутствии раненых. Нет раненых – бальзам на сердце.

Уже в сумерках подъехали к расположению базового района рязанского десантного полка. Вижу знакомые машины, бортовые знаки. Едем дальше.

Впереди косогор и заснеженный спуск, дальше – какой-то пехотный полк. На спуске бензовоз переворачивается и сминает кабину. Перевернуть его назад на колеса БТРом не удается. Быстро еду к пехотинцам, прошу танк и танком завершаю работу.

…Поздней ночью довожу колонну до места и, сдав свои полномочия, усталый и замерзший, ищу место для стоянки БТРа и ночлега.

Вот я и на войне…

Об авторе: Алексей Балкарин в 1995 году — старший лейтенант. Разведка ВДВ.  Участвовал: Чечня 1994, 1995, 1996, 2000. Дагестан 1999.

Подготовил Раян Фарукшин. Журнал «Братишка», январь 2010

По теме:

Первая чеченская война. Грозный. 10 блокпост. Старопромысловский район
Первая чеченская война. Грозный. 10 блокпост. Старопромысловский район Любительская видеосъёмка, сделанная во время первой чеченской войны, в марте-апреле 1996 года.
Геннадий Алехин. По ту сторону чеченской войны
Геннадий Алехин. По ту сторону чеченской войны Информационная война стала одним из основных способов ведения вооруженных конфликтов. Военный журналист полковник запаса Геннадий Алехин оказался в самой гуще ...
Первая чеченская война. Грозный. Площадь «Минутка». Январь 1995
Первая чеченская война. Грозный. Площадь "Минутка". Январь 1995 Первые числа января 1995 года. Начало первой чеченской войны. Штурм Грозного федеральными войсками. Съемка ведется боевиками или лояльными к ним ...
Первая чеченская война. Бои в Грозном
Первая чеченская война. Бои в Грозном Документальные кадры новогоднего штурма Грозного в первую чеченскую войну. Записи датированы первыми числами января 1995 года.
Первая чеченская война. 676 ПОН, Калиновский полк, в/ч 3753
Первая чеченская война. 676 ПОН, Калиновский полк, в/ч 3753 Документальные съемки в расположении 676 Калиновского полка (входил в состав 101 бригады ВВ) во время первой чеченской войны. ...
Документальный фильм «Три часа до войны»
Документальный фильм «Три часа до войны» Документальный фильм "Три часа до войны" покажет все ужасы первой чеченской войны именно так, как это видели ее непосредственные участники. Три часа ...
Андрей Загорцев. Обратная сторона репортажа
Андрей Загорцев. Обратная сторона репортажа Обратная сторона репортажа, показанного по центральным телеканалам в 1995 году. Где-то в районе пятиэтажки, полуразрушенной, недавним артиллерийским налётом раздавались редкие одиночные выстрелы. На ...
Первая чеченская война. Выпуски новостей — 2. Февраль 1995
Первая чеченская война. Выпуски новостей - 2. Февраль 1995 Выпуски новостей ведущих телеканалов ОРТ, РТР, НТВ о событиях происходивших в Чеченской Республике в феврале 1995 года, во ...
Первая чеченская война. Первомайский бой
Первая чеченская война. Первомайский бой Сегодня, 9 января, исполнилось двадцать четыре года со дня нападения боевиков Салмана Радуева на Дагестан. «ПРИШЛИ ВОЛКИ» 9 января 1996 года по личному указанию ...
Первая чеченская война. Грозненское жертвоприношение
Первая чеченская война. Грозненское жертвоприношение Прошло почти двадцать пять лет со страшной январской бойни в Грозном. Однако долго еще не затягивались зияющие раны, нанесенные России этой странной, ...
Остров Грозный
Остров Грозный Пятьдесят девятое декабря Мы выпили по рюмке трофейного коньяка. Помянули, значит. И мама Галя, Галина Ивановна Синюкова, фельдшер танкового батальона, мать четырех детей и бабушка одного ...
Первая чеченская война. За други своя. Грозный, март, 1996 год
Первая чеченская война. За други своя. Грозный, март, 1996 год. Документальное видео о событиях, происходивших во время первой чеченской войны, в Грозном, в марте 1996 года на ...

Присоединяйтесь к нам:

Добавить комментарий