Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства
Главное меню
Владислав ШУРЫГИН о спецназе

В спецназе у "Гюрзы"


     

     Нудный ледяной осенний дождь то лениво сыпался противной мокрой взвесью, и все вокруг тонуло, растворялось в сырой туманной мгле, то вдруг с порывами ветра начинал с остервенением стегать спины, руки, лица колючими вениками знобящих капель.
     — Погода из цикла "мечта разведчика”, — бодро подытожил "Гюрза” — наш старинный добрый друг, командир роты специального назначения армейской разведки. "Гюрза” был легендой Чечни. Мы познакомились с ним в те дни, когда войска штурмовали Бамут и его разведка, обойдя дудаевцев с тыла, неожиданно и беспощадно обрушилась на боевиков, решив судьбу доселе неприступной крепости. Там, в Бамуте, и состоялось наше знакомство.
     Потом "Гюрза” и его люди были первыми, кто в Грозном пробился к координационному центру, окруженному боевиками. За этот подвиг его представили к званию Героя России, да только до сего дня представление то где-то ходит...
     И вот теперь, после почти полуторагодовалой разлуки, судьба вновь свела нас. Мы приехали писать о войсковых разведчиках, и на вокзале одного их древних русских городов нас встречал собственной персоной "Гюрза”. "Гюрза” — радиопозывной, с которым он ходил по Чечне. В "миру” же он носит красивое русское имя Алексей.
     Спецназ грузился для выхода в поле на учения. Палатки, дрова, термосы, брезент, боеприпасы, радиостанции. Спецназ, как средневековая дружина, отправляясь в поход, все берет с собой для автономного существования. От кольев для палатки до тушенки, бинтов, ложек, лопат. Поэтому старшина разведроты — личность особая. В голове он должен держать сотни всяких мелочей, ничего не упустить, ничего не забыть.
     — В такую погоду разведчику "за счастье” работать, — рассказывает "Гюрза”. — Все по норам да по домам сидят. Однажды в такой дождь мы целую толпу "чичей” (чеченцев) "забили”. Они в горах привыкли бродить, как у себя дома, не ждали, что мы туда полезем. Вот в такой ливень мы в лесу на склоне и нашли их лагерь. Они по землянкам забились. Грелись, отъедались. Один часовой под кустом сидел, и то, в брезент закутавшись. Ну мы часового из "глушака” сняли, а потом устроили пышный "мухабат”. Пятнадцать автоматов и два "граника” собрали. Карты "духовские”, документы.
     Дождь, непогода для разведчика — самое милое дело...
     Разведгруппы уходили на задание. Одни готовились к засаде, другие к штурму командного пункта противника. Разведчик-спецназовец в поле чем-то сродни серому волку. Все и вся в тылу противника против него. Противодиверсионные группы и заслоны, сигнализация и прочесывания, часовые и наблюдатели. Каждый день, каждый час, каждую минуту на разведчиков идет беспощадная охота. И самые маленькая ошибка в ней будет оплачена жизнью. Своей и товарищей. Но разведчики не жертвы, нет, они сами охотники. На их стороне дожди и снегопады, болота и овраги. Их друзья — темнота, ветер, и холод. Они способны просачиваться сквозь самые плотные кордоны, растворяться бесследно в, казалось бы, пустом поле. Они упрямы и беспощадны. Спецназ не знает жалости, но и сам пощады ни у кого не просит...
     Вооруженные Силы России переживают сегодня тяжелые времена. После обвальных сокращений, хронических неплатежей армия полупарализована. Боевая учеба сведена на нет отсутствием топлива, боеприпасов, ресурсов, техники. С особенной силой эти проблемы бьют по элите Сухопутных войск — по армейской разведке.
     После развала Союза Россия лишилась пяти сухопутных и одной морской бригад "спецназа” Главного разведывательного управления. Оставшиеся бригады были тоже бригадами лишь на бумаге — развернутыми только на одну треть. Но именно они — войсковые разведчики, спецназовцы, чаще всего решали исход сражений чеченской войны. Разведка ВДВ спасла армейцев от полного разгрома в новогоднюю ночь 31 декабря 1995 года, сыграла решающую роль в штурме Грозного. Разведка обеспечила удачный штурм Гудермеса и Аргуна, Старого Ачхоя и Ведено. Разведка всегда шла впереди, прокладывая дорогу пехоте...
     — Ну что, пойдем посмотрим, как засаду подготовили? — предлагает "Гюрза”.
     Под непрекращающимся дождем мы долго трясемся по рытвинам и ухабам в кузове "урала”. Наконец, машина останавливается. Мы вылезаем. Вокруг поля. Впереди дорога вытягивается через неглубокую ложбинку и уходит в гору.
     "Гюрза” направляется к ней. Мы за ним.
     Понятно, что это и есть место засады. Глаза привычно обшаривают кустарник и заросли ковыля в поисках "засадников”. Есть! Вижу одного. В густом кустарнике вижу знакомый, характерный, "сучок” ствола винтовки и отсвет камуфляжа.
     — Кое-кому лень было хорошенько зарыться, — подначиваю шутливо "Гюрзу”. Шагаю вперед и... из-под каблука слышу тихое и вежливое: "Вы мне сейчас шею сломаете”. Оказывается, я одной своей ногой стою на замаскировавшемся "спецназовце”. Он зарылся в землю между двух болотных кочек. Весь облепленный травой, закамуфлированный краской, он не различим даже с полутора метров.
     Гюрза улыбается.
     — С бойцом разберется командир. Это, конечно, недостаток, но из машины на ходу его вряд ли различишь...
     "Сойдя” с разведчика, я смущенно соглашаюсь.
     "Гюрза” машет рукой и "урал” трогается с места. Водитель, как и учили, набирает скорость перед опасным участком, и я уже ожидаю взрыва или стрельбы (а как еще остановить эту гору железа), когда "урал” со всего разлета проваливается передними колесами в глубокую колдобину. Водитель инстинктивно бьет по тормозам и тотчас на подножке из-под колес взметаются бесформенные сгустки — спецназовцы. Щелчки бесшумных пистолетов. Распахнуты двери. "Мертвый” водитель мешком выпадает из кабины. С него тотчас сдирают куртку и кепку. Тело оттаскивают в кусты. Того, кто сидел справа, так же торопливо связывают и грубо забрасывают в кузов. Через мгновение машина трогается с места и устремляется через поле к лесу. Ни выстрела, ни взрыва...
     Мы с Василием растерянно смотрим друг на друга. "Гюрза” улыбается.
     У леса идет допрос "пленного”. Связанный по рукам и ногам прапорщик, одетый в форму вероятного противника, что-то быстро, взахлеб объясняет на английском командиру группы — высокому, сухому старшему лейтенанту. Закамуфлированный до неузнаваемости, весь в пучках ковыля и веток, он коротко и жестко спрашивает о чем-то "пленного”. Тот опять взахлеб что-то лепечет. Сыпятся цифры, фамилии, звания.
     — Наша гордость, — кивает "Гюрза”, — молодец мужик. Свободно говорит на английском и французском.
     "Гордость” сейчас имеет далеко не лучший вид. Весь в грязи, мокрый, связанный, со здоровой шишкой на коротко стриженном затылке.
     Допрос окончен. Командир отходит. Бойцы подхватывают "пленного” под руки, переворачивают. Один из них коротким движением достает блеснувший пистолет и приставляет его к затылку "языка”.
     Обывателя, конечно, покоробит эта жестокость. Но нет в ней "антигуманнности” или "презрения к морали”. Это страшная необходимость. Группа находится в глубоком тылу врага. До фронта несколько сотен километров. Тащить "языка” на себе — это значит связать себя по рукам и ногам. Оставить в живых — значит ”засветиться” и немедленно погибнуть... Ведь главное оружие разведчика — скрытность. Самая подготовленная разведгруппа, с самими опытными и отлично вооруженными бойцами все равно бессильна в чистом поле против обычной стрелковой роты. Слишком не равны силы...
     Окончание допроса на языке "спецов” называется "проконтролировать”...
     Жестоко? Да. Война жестокая штука.
     Мой товарищ спросил одного из разведчиков "Гюрзы”: "А что же делать, если кто-то будет ранен?
     — Легко раненый такой же боец, как и все. А тяжелому оставляют пистолет с одним патроном...
     — Мужество "спецназовца” — поняв, что ты обуза для товарищей, избавить их от себя, — сказал еще когда-то в Чечне мне один из командиров одной из разведгрупп. Ведь от успеха действий группы зависят жизни не только твоих друзей, но и тысячи, десятки тысяч других. "Спецназ” ГРУ применяется по особо важным объектам. Пусковым установкам ракет, складам ядерных боеприпасов и им подобным.
     Чаще всего "спецназ” — это билет в одну сторону. Возвращение группы не предусматривается боевыми уставами. После выполнения основной задачи все оставшиеся в живых либо пытаются самостоятельно пробиться к своим, либо стараются создать на территории, занятой противником, партизанский или повстанческий отряд. Если, конечно, есть из кого его создавать...
     Спецназ не знает пощады и жалости. Но и сам их не просит...
     "Гюрза” — удивительный и странный человек. Прошедший за эти годы почти все "горячие точки” бывшего Союза. Воевавший в Афганистане, он не ожесточился, не озлобился. Наоборот. Радушный, приветливый, он по-мальчишески влюблен в свою работу. Категорически отказывается от всех повышений и назначений, считая роту своим домом, своей семьей.
     За полтора года, прошедшие после Чечни, "Гюрза” вытащил к себе в роту больше половины тех, с кем воевал в 166-й мотострелковой бригаде. Кого-то вытащил из глубокой пьянки, кого-то буквально подобрал на улице. Кого-то спас от увольнения. Теперь здесь, в его роте, они — опора и костяк. Поэтому не удивительно, что рота "Гюрзы” — одна из лучших в Сухопутных войсках.
     Сейчас "спецназовцы” готовятся к открытию памятника погибшим в Чечне. На свои деньги заказали гранитный памятник, своими силами готовится основание под него. День разведчика состоится его открытие. Приедут на него со всех концов России солдаты и офицеры разведки 166-й бригады, прошедшие бок о бок с "Гюрзой” горы и равнины Чечни. Помянут погибших. Обнимутся живые. И это не просто дань памяти павшим или повод для встречи. Это самый главный резерв разведки. Ведь случись вновь беда, полыхни война — и, как сказал "Гюрза”: "Мне роту развернуть по штатам военного времени — два часа. Написать и отправить телеграммы. Все мои через сутки будут в строю. Живые и павшие. Мы же разведка...”
     
     Владислав ШУРЫГИН
     

Никто не решился оставить свой комментарий.
Будь-те первым, поделитесь мнением с остальными.
avatar

Новости с северного кавказа

В ходе вооруженного конфликта на Северном Кавказе ...

Тайник боевика найден в Ингушетии

В Ингушетии отец попал под пули из-за сына-боевика...

В Дагестане назвали количество уничтоженных за год...

В дагестанском селе Анди введен режим КТО

В ходе вооруженного конфликта на Северном Кавказе ...

Режим КТО отменен в Цумадинском районе Дагестана

За год в России ликвидировано 140 боевиков и 24 гл...

В двух селах Дагестана введен режим КТО

Художественные фильмы о войне в Чечне

Художественный фильм Чистилище. Первая чеченская война

Художественный фильм "Русский треугольник"

Художественный фильм Русская жертва

Художественный фильм "Личный номер"

Художественный фильм "Садовник"

Художественный фильм "Грозовые ворота"

Фото чеченской войны

Чечня (февраль-март ...

Дети на Чеченской во...

Чеченская война фото

Русские солдаты в Че...

Грозный. Фото первой...

Фото с чеченской вой...

Боевики уничтоженные...

Фото войны с авторск...

Чеченская война глаз...

46 Особая бригада оп...

Грозный. Фото первой...

Фото войны в Чечне 3

Видео о войне в Чечне

Coca - die Taube aus...

Антология антитеррор...

Военная программа Ал...

Чистосердечное призн...

Вторая чеченская вой...

Кавказский крест. Фи...

«Военная тайна» от 1...

Специальный корреспо...

Вторая чеченская вой...

Программа "Моме...

Вторая чеченская вой...

Оперировавший боевик...

Результаты спец.опер...

Кровь на погонах

Фильм Невзорова &quo...

Книги о войне в Чечне

Максим Шахов. Чеченская рулетк...

Чечня. Белая книга. Часть 2

Андрей Ефремов (Брэм). Блокпос...

Аслан Шортанов. Офицеры Росси...

Вячеслав Миронов. Капище (Чечн...

Сборник книг Александра Тамони...

Аркадий Бабченко. Алхан-Юрт

Александр Проханов. Чеченский ...

Доклад Савельева по теракту в ...

Ольга Алленова. Чечня рядом. В...

Танк на поле боя

Михаил Нестеров. Оперативное в...

военные песни

Упал – отжался! Или дембель не...

Александр Коренюгин ''Саня 1''

Николай Кузнецов. Чечня. 1996г...

Михаил Штукин - Азбука войны (...

Александр Коренюгин ''Саня 2''

Олег Янченко ''Уезжают пацаны....

Петряев Валерий - Второй батал...

Олег Янченко "Братишка&qu...

Олег Янченко. Краповый берет

Солдатская студия. Сборник арм...

Art Of War-2 Это война. 2011

Сыны России