Весной 2000 года многим могло показаться, что вторая война в Чечне практически закончилась. Боевики получили жестокий удар в битве за Грозный и серии столкновений вокруг него, отряд Руслана Гелаева был наголову разгромлен в Комсомольском, и даже Хаттаб, относительно успешно прорвавшийся через позиции 6-й роты псковского десанта, понес по дороге тяжелые потери. Однако в действительности боевики все еще представляли огромную опасность.

Конечно, они уже не могли бороться с военными за контроль территории и пытаться вести сражение лоб в лоб. Однако переход к партизанской тактике давал им много возможностей.

Вероятно, самой трудной для контрпартизанских операций является юго-восточная часть Чечни. С одной стороны, это горы, покрытые густыми лесами – рай для диверсанта. Армия привязана к технике, на узких немногочисленных дорогах крайне тяжело реализовать преимущество в огневой мощи.

С другой стороны, в этом краю много поселков разной величины. В отличие от юго-запада, который тоже покрыт горами и лесом, но почти необитаем, на юго-востоке есть, где отлежаться под крышей, подлатать раненых и больных и отогреться. К тому же, именно на юго-восток смогли пробиться крупные силы боевиков из Аргунского ущелья – если одна из колонн во главе с Гелаевым была почти уничтожена, то отряды Басаева, Хаттаба, братьев Ахмадовых, вышедшие на юго-восток, сохранили боеспособность.

Весной 2000 года в Ведено, одном из крупнейших центров этого негостеприимного края, располагался временный отдел внутренних дел, укомплектованный милиционерами из Пермской области. Там же находился сводный отряд ОМОН. Он включал кроме собственно пермяков много бойцов из Березников, города той же Пермской области, но заметно севернее Перми. По идее, предполагалось, что все эти части будут нести патрульно-постовую службу, охранять блокпосты и т.д.

Фактически, направлять ОМОН в Чечню без серьезной доподготовки было страшной ошибкой. Антипартизанские операции, контртеррористические действия – это отдельная, очень сложная специальность, и отряды ОМОН для таких вещей изначально не были предназначены.

К тому же, воевать предстояло на специфической местности, где буквально каждая особенность рельефа сильно осложняла ведение боя (горы, лес), а знание местности за трехмесячную командировку приобрести было нереально. Так же скверно дело обстояло с обеспечением боеприпасами – длительный бой всегда был проблемой для милицейских частей.

Вечером 28 марта в Ведено поступил приказ о проведении зачистки в селе Центорой. Не следует путать его с Центороем — малой родиной Рамзана Кадырова. Центорой Ножай-Юртовского района — это маленькое село к северо-востоку от Ведено. Формально там нет и десятка километров.

Однако рельеф и бездорожье сильно удлиняют дорогу. Чтобы попасть туда из Ведено, нужно проделать довольно извилистый путь по покрытым густым лесом горам. Об этих краях нельзя даже сказать, что там есть удобные места для засад: они почти целиком состоят из таких мест.

Выполнять задачу отправились подразделение отряда ОМОН из Перми и Березников, а также группа обычных милиционеров и несколько бойцов комендантской роты на двух грузовиках и единственном БТР.

Вопросов ко всему этому мероприятию много. ОМОН должен был идти в зону, которая не контролировалась войсками. Ни в Джани-Ведено, которое предстояло проехать по дороге, ни в самом Центорое, ни в близлежащих деревнях и селах не было постоянных гарнизонов. В случае чего помочь могли только силы в самом Ведено.

Связь с артиллерией, судя по ходу событий, не была отлажена. Вертолеты ни на каком этапе колонну не прикрывали. Единственный веский аргумент в случае осложнений составлял тяжелый пулемет на бронетранспортере. Отдельный труднообъяснимый вопрос состоит в том, зачем вообще понадобилось ехать именно в Центорой, в то время как поселки по пути не контролировались.

Ситуацию по дороге никто вообще не знал: в конце концов, такой колонне даже одно пулеметное гнездо или мощный фугас могли нанести тяжелейшие потери без всяких крупных сил боевиков.

А крупные силы противника по дороге были. О чем еще никто не знал.

Утром 29 марта ОМОН отправился навстречу своей печальной судьбе. Сначала машины поехали петляющей среди гор дорогой на восток, даже слегка забирая к югу, а после Джани-Ведено им предстояло свернуть на север. Но до пункта назначения они не доехали.

Километров через пять по прямой один из грузовиков закипел. Машины не доехали до Джани-Ведено какие-то десятки метров. Село выглядело вымершим. В действительности там расположился на отдых крупный отряд боевиков под командованием араба Абу Кутейба.

Этот сорокалетний саудовец к тому моменту имел опыт войны в Боснии и Первой Чеченской. Правда, то, как он организовал охранение своего отряда тоже не назовешь образцом дисциплины и тактики. Подход ОМОНа боевики просто не заметили. Командир омоновцев майор Симонов отправился осмотреть ближайшую от колонны постройку – небольшой дом на окраине села. Его сопровождал омоновец, имевший при себе видеокамеру и еще всего один боец.

При этом омоновцы пренебрегли важной мерой предосторожности – колонна стояла, а они почти все оставались в транспорте. Вообще, почему Симонова, считай, никто не прикрывал – тоже серьезный вопрос. Ответа на него уже никто никогда не даст.

Симонов заходит в дом – и обнаруживает там боевиков. Поначалу майор увидел, видимо, только одного из них, поскольку он попытался задержать противника и предложил бросить оружие. Через несколько секунд кто-то из товарищей боевика открыл огонь. Симонов был убит сразу.

Командир отряда ОМОН майор Симонов досматривает постройку. Иллюстрация Ирины Давидович

Начался суматошный бой. Видеокамера передавала только звук, но судя по ней, кто-то из омоновцев еще несколько минут находился рядом, был жив и вел переговоры по рации. Первоначально боевиков было не слишком много, но спешивание уже происходило под огнем, и кто-то из омоновцев был ранен и убит, покидая транспорт. Впоследствии несколько тел обнаружили прямо у «Урала», то есть, бойцы не успели далеко отойти от машины.

Кстати, эта ситуация позволяет говорить, что спланированная засада вряд ли была. Машины довольно долго стояли перед селом, а Симонов успел зайти в дом и даже взять на мушку кого-то из боевиков. Как бы то ни было, после нескольких минут не слишком активного обмена огнем началась яростная перестрелка.

Командовал боем, судя по всему, старший лейтенант Василий Коньшин. Однако конкретные его распоряжения – это вопрос. Поначалу нельзя сказать, что бой был чрезвычайно интенсивным. Однако со всех концов Джани-Ведено подходили боевики, и минут через десять стрельба шла уже практически беспрерывно.

Сколько точно было сил у противника, неясно, но вероятно, они превосходили омоновцев численно. По данным следствия, после того, как участники того боя с чеченской стороны попали в плен, неприятель имел около двухсот штыков. Причем действовали они тактически грамотно.

Через некоторое время выстрелом из гранатомета был подожжен БТР. Омоновцы лишились тяжелого оружия.

Выстрелом из РПГ подожжён БТР пермского ОМОНа. Иллюстрация Ирины Давидович

В это время из Ведено пыталась пробиться помощь. Однако боевики тратили драгоценные минуты на то, чтобы охватить ОМОН и отсечь от потенциальных спасителей.

Вычислить, где пойдет колонна помощи, было нетрудно – дорога-то как была, так и осталась одна. Отряд под командой начальника ВОВД Ганьжина вышел на выручку, но он сам насчитывал 61 человека с двумя БТР, и пробиться не смог.

Корректировать огонь артиллерии и авиации омоновцам было нечем.

Несмотря на тяжелые потери, омоновцы отбивались несколько часов. Однако части МВД хронически недоснабжались боеприпасами, к тому же, в долгом интенсивном бою патронов в любом случае тратилось много. Одна из последних реплик по рации, которую перехватили в Ведено – это распоряжение стрелять одиночными. Патроны кончались, и это решило судьбу омоновцев.

Под прикрытием боя колонны помощи шесть человек сумели выкатиться из боя и добраться до своих. Другой группе так не повезло. 11 человек попытались прорваться, но у небольшой речки (скорее всего, протекающая в этих местах Гумс) их перехватили.

После короткого отчаянного боя боеприпасы исчерпались окончательно. Один боец был убит на берегу. Остальные попали в плен. Боевики сфотографировали их, и это последнее фото, на котором пленные омоновцы живы. Судя по фотографии, людей нагрузили их собственным оружием, к которому не было патронов, и  использовали для переноски трофеев.

Как минимум один боец на фото серьезно ранен – голова обмотана окровавленной повязкой.

Пленных отконвоировали к селу Дарго и вскоре зарезали. Тела были изувечены, у некоторых отрезали уши, нескольких человек настолько обезобразили, что опознать их удалось только после экспертизы.

В итоге кроме шестерых выбравшихся в живых остался только один боец – его, раненного в ноги, позднее нашли на поле боя. Это произошло только 31 марта. Всего на месте засады подобрали 31 погибшего омоновца. Там же нашлись два убитых боевика – арабы. Чеченцев старались вынести для дальнейших похорон.

Всего погибли 42 человека – 36 омоновцев и шестеро бойцов комендантской роты. Больше половины убитых были из Березников – небольшой город потерял сразу более двадцати человек. Точные потери боевиков неизвестны. Однако довольно многие были позднее пойманы и привлечены к ответственности, а многие – убиты в боях

Потери колонны

Погибли в бою, а также захвачены в плен и казнены 36 пермских милиционеров и 6 военнослужащих комендантской роты. Число раненых — 2 и 15, соответственно.

Майор милиции Симонов Валентин Дмитриевич (12.06.1965 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старший лейтенант милиции Коньшин Василий Анатольевич (14.01.1967 — 29.03.2000, ОМОН при ГУВД Пермской области),
Старший лейтенант милиции Туровский Евгений Станиславович (9.09.1963 — 29.03.2000, ОМОН при ГУВД Пермской области),
Старший лейтенант милиции Метгулиев Альберт Гурбандурдыевич (18.07.1965 — 29.03.2000, ОМОН при ГУВД Пермской области),
Лейтенант милиции Заздравных Александр Викторович (24.01.1966 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Лейтенант милиции Кананович Альберт Владимирович (24.11.1972 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Лейтенант милиции Кузнецов Юрий Анатольевич (5.09.1966 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старший прапорщик милиции Собянин Сергей Борисович (19.04.1971 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старший прапорщик милиции Аветисов Юрий Игоревич (2.08.1970 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Прапорщик милиции Анненков Андрей Вячеславович (6.02.1969 — 29.03.2000, ОВД Оханского района ГУВД Пермской области),
Прапорщик милиции Зырянов Андрей Вячеславович (20.12.1970 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Прапорщик милиции Ломакин Михаил Валерьевич (26.10.1974 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Прапорщик милиции Мунтян Валерий Владимирович (31.10.1975 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Прапорщик милиции Малютин Сергей Викторович (24.01.1975 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Прапорщик милиции Просвирнев Евгений Владимирович (14.05.1975 — 29.03.2000, ОВД Горнозаводского района Пермской области),
Прапорщик милиции Шайхразиев Марат Фарсович (08.01.1965 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старшина милиции Кистанов Александр Викторович (24.03.1970 — 29.03.2000, ОВД Пермского района Пермской области),
Старшина милиции Пермяков Юрий Егорович (21.03.1973 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старшина милиции Рыжиков Алексей Николаевич (8.07.1978 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старшина милиции Сергеев Виталий Юрьевич (12.08.1967 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старшина милиции Удачин Сергей Игоревич (24.05.1962 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старший сержант милиции Зюзюкин Александр Борисович (1.10.1977 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старший сержант милиции Морозов Вячеслав Валерьевич (17.12.1972 — 29.03.2000, УВД Свердловского района г. Перми),
Старший сержант милиции Окулов Владимир Иванович (2.07.1974 — 29.03.2000, ОВД г. Чайковский Пермской области),
Старший сержант милиции Первушин Александр Юрьевич (5.01.1976 — 29.03.2000, ОВД Чердынского района Пермской области),
Старший сержант милиции Пушкарев Вадим Вячеславович (7.12.1971 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Сержант милиции Ефанов Виталий Анатольевич (31.08.1977 — 29.03.2000, ОВД Красновишерского района ГУВД Пермской области),
Сержант милиции Макаров Дмитрий Викторович (3.01.1973 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Сержант милиции Тарасов Эдуард Иванович (26.08.1974 — 29.03 2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Емшанов Владимир Юрьевич (6.10.1978 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Киреев Евгений Иванович (28.02.1977 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Толстяков Евгений Владимирович (6.10.1978 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Ужегов Григорий Михайлович (12.09.1977 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Давыдов Олег Анатольевич (25.09.1965 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники ГУВД Пермской области),
Младший сержант милиции Игитов Сергей Витальевич (29.06.1977 — 29.03.2000, УВД Мотовилихинского района г. Перми),
Рядовой милиции Ржанов Евгений Вячеславович (10.06.1977 — 29.03.2000, УВД г. Кунгур Пермской области).

Погибшие в бою и захваченные в плен и казнённые военнослужащие комендантской роты:

Ефрейтор Образцов Геннадий,
Рядовой Николенко Сергей Анатольевич,
Рядовой Карпухин Андрей Петрович,
Рядовой Сасин Сергей Викторович,
Рядовой Низамов Зенур Адлямович,
Рядовой Ефимов Дмитрий Юрьевич

Кстати, среди террористов было много людей не чеченского происхождения – дагестанцы, один татарин, черкес. Командовавший боем со стороны бандитов араб Абу Кутейб был окружен и погиб только в 2004 году.

Деблокирующий отряд под командованием начальника ВОВД Ганьжина попал в засаду. Иллюстрация Иниры Давидович

К сожалению, в наибольшей степени в Джани-Ведено российские войска победили себя сами. Вся операция была организована просто преступно. О предварительной разведке даже нельзя сказать, что она была проведена плохо — как показали события, она начисто отсутствовала.

В неизвестность по горной дороге через глухой лес отправилась колонна в четыре десятка бойцов со стрелковым оружием, оснащенная единственным бронетранспортером. Никаких планов на случай проблем предусмотрено не было.

Сами омоновцы — это подразделение, изначально не имеющее адекватной подготовки для боя в качестве пехотного подразделения. А ведь в реальности пункт назначения ОМОН был еще дальше, чем фактически произошел бой — если бы столкновение произошло глубже в лесах, живым мог не уйти вообще никто.

Фактически, отряд был послан на собственную казнь, и только благодаря беспечности самих боевиков сумел продержаться под огнем долго. Из-за этого следует также признать лишенными оснований любые версии о сознательном предательстве — если бы боевики знали, что к ним идет слабо защищенная колонна и устроили настоящую засаду, все было бы кончено за считанные минуты — подрывом на управляемых фугасах БТР и машин с последующим добиванием выживших.

К сожалению, ОМОН погиб в первую очередь из-за ошибок при планировании и организации выхода. Если бы руководство группировки федеральных сил относилось к своим обязанностям более ответственно, этой трагедии могло не быть вовсе, или она имела бы куда меньший размах. Но война не прощает легкого отношения к себе.

Жестокий бой в Веденском ущелье был важен не только сам по себе. Это был настоящий ледяной душ для тех, кто мог подумать, будто война в Чечне уже выиграна. Хотя во время сражений на равнине, в Грозном и Аргунском ущелье боевикам удалось нанести очень тяжелые, почти сокрушительные потери, у оставшихся хватило сил для активной партизанско-террористической войны.

Увы, бой у Джани-Ведено стал одним из первых, но далеко, далеко не последним столкновением.

Евгений Норин

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Главным следственным управлением по Северо-Кавказскому федеральному округу продолжается расследование уголовного дела, возбужденного в 2000 году по факту вооружённого нападения участников незаконных вооружённых формирований под общим руководством Шамиля Басаева и Эмира Хаттаба на сотрудников ГУВД Пермской области и военнослужащих. В рамках расследования получены доказательства причастности трех лиц к совершению указанного преступления.

В отношении них, а также неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа).

Следствием установлено, что 29 марта 2000 года около села Джани-Ведено Веденского района Чеченской Республики указанные лица и иные участники различных незаконных вооружённых формирований общей численностью не менее 200 человек совершили посягательство на жизнь сотрудников ГУВД Пермской области и военнослужащих комендатуры зоны безопасности Веденского района Чеченской Республики.

Сотрудники правоохранительных органов двигались в автоколонне из места постоянной дислокации к месту проведения специальной операции по восстановлению конституционного порядка на территории Чеченской Республики и пресечения деятельности незаконных вооружённых формирований.

В результате нападения, длившегося не менее 6 часов, участники банд и незаконных вооружённых формирований, входивших в состав преступного сообщества, умышленно причинили смерть 33 сотрудникам правоохранительных органов. Захвачены в плен и впоследствии убиты ещё 10 сотрудников ГУВД Пермской области.

В результате боестолкновения вред здоровью различной степени тяжести и моральный вред причинён 102 сотрудникам ГУВД Пермской области и военнослужащим.

В настоящее время с участием подозреваемых производятся неотложные следственные и иные процессуальные действия, направленные на установление их роли в совершенном преступлении. Ранее данные лица уже были осуждены.

Реализуя принцип неотвратимости наказания, следователи СК России при оперативной поддержке сотрудников ФСБ России продолжают устанавливать участников нападения, которые скрываются от правоохранительных органов.

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Сегодня исполняется 19 лет с момента боя у села Джани-Ведено, в ходе которого понес серьезные потери сводный отряд Пермского ОМОНа

К концу марта 2000 все крупные населенные пункты Чечни находились под контролем российских военных. Понеся существенные потери в ходе боев 1999-2000 годов, особенно в период зимней кампании, боевики были попросту не в состоянии оказывать сопротивление российским силовикам в открытом бою. Командование объединенной группировки войск (сил) заявило о фактическом завершении военной операции.

Однако, говорить о победе было еще совсем рано. Боевики, потерпев поражение в открытых боях перешли к тактике партизанской войны. В горных районах были оборудованы многочисленные базы для ее проведения. Фактически значительная часть горных районов Чечни находилась под контролем бандформирований.

Одним из главных очагов напряженности в республике оставался Веденский район-родовое гнездо главаря террористов Басаева. В марте 2000 в районе оперировали сотни вооруженных боевиков, как местных, так и наемников из арабских государств. Командование объединенной группировки войск предприняло ряд мер по борьбе с участниками бандформирований, однако на этом этапе силы боевиков были явно недооценены.

28 марта во временный Веденский РОВД, укомплектованный сотрудниками милиции из Пермской области, с приданным ему пермским сводным ОМОНом, поступил приказ командующего Восточной группировкой федеральных войск генерал-майора С. А. Макарова на зачистку села Центарой в соседнем Ножай-Юртовском районе.

По непонятной причине на проведение зачистки были выделены ничтожно малые силы. Операцию должны были проводить 42 сотрудника МВД, главным образом бойцы ОМОНа из города Березники Пермской области,усиленные 8 бойцами комендантской роты. Подразделение перемещалось на двух грузовиках, «Урал» и «ЗиЛ-131», сопровождаемых одним БТР-80. Воздушное прикрытие колонны не осуществлялось. При выдвижении подразделения к селу Центарой у автомобиля «ЗиЛ» закипел двигатель. Колонна остановилась неподалеку от населенного пункта Джани-Ведено.

Командир ОМОНовцев майор Собянин принял решение осмотреть ближайший дом. В этот момент была допущена серьезная ошибка. Личный состав не покинул транспортные средства и не рассредоточился. В доме, который отправился осматривать майор Собянин, находился наблюдательный пункт боевиков. Офицер погиб в первые секунды завязавшегося боя. Из села колонну атаковали боевики. Так как личный состав не был рассредоточен и находился в машинах, в первые минуты боя отряд понес существенные потери. По колонне работали из автоматического оружия и гранатометов. Вскоре были уничтожены БТР и оба грузовика. Силы были явно не равны.

Из Ведено на помощь срочно выдвинулась деблокирующая группа. Однако, при выдвижении к месту боя она сама попала под шквальный огонь боевиков. Был подбит один БТР, 16 бойцов получили ранения. К сожалению, деблокирующая группа не сумела вовремя прорваться к окруженным товарищам.

Однако, 5 бойцам ОМОНа и одному солдату из комендантской роты удалось выйти из окружения на следующий день. Подразделения федеральных сил сумели выйти к месту боя только 31 марта. Удалось спасти тяжелораненого бойца ОМОНа Александра Прокопова, который сумел укрыться в складках местности. (впоследствии Александру ампутировали ногу, но он остался служить в ОМОНе). На месте боя были обнаружены тела 31 погибшего. Еще 12 бойцов, израсходовав боеприпасы, попали в плен и впоследствии были казнены.

В результате боя у Джани-Ведено 29 марта 2000 года погибли 36 сотрудников сводного отряда ГУВД Пермской области, а также 7 бойцов комендантской роты. Гибель Пермского ОМОНа стало результатом провалов в планировании операции, вызванной головокружением от успехов в кампании 1999-2000 годов. Отряд из 50 бойцов, не обладающий тяжелой бронетехникой и поддержкой с воздуха был направлен проводить зачистку в настоящем «осином гнезде».

Блокированных в результате нападения силовиков пытались поддержать исключительно силами Веденского РОВД и местной комендатуры. Командование Восточной группировки федеральных сил не сумело вовремя оказать поддержку армейскими подразделениями. Кроме того, разведка группировки откровенно проморгала скопление сотен боевиков в Джани-Ведено.

Фактически после гибели пермского ОМОНа началась партизанская стадия войны в Чечне. Уже 19 апреля наши военные предприняли масштабную операцию против баз боевиков в Веденском районе, поддержанную артиллерией и авиацией. Тем не менее, партизанская война в Чечне затянется на годы.

Более подробная информация: Вторая чеченская война. Нападение на колонну Пермского ОМОНа

Вторая чеченская война. Братишки, не молчите…

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

В истории чеченских войн есть большое количество эпизодов, в которых личный состав подразделений погибал весьма и весьма глупо, как с точки зрения обывателя, так и с точки зрения военного человека. Но как бы то ни было, эти смерти — это смерти людей, которые пришли выполнять свой долг и выполняли его как умели. Многие уже и не помнят, что тогда боеспособные подразделения собирали по всей стране, на контракт брали всех, кого не лень.

Да, это парадокс что было тяжело найти 80-90 тысяч боеспособных штыков, но в нашей 146 млн стране это было… В такой ситуации нередко приходили люди, которые не имели достаточно подготовки, либо те, у которых была подготовка в другой области. Ведь с одной стороны возьмем, например, подразделения СОБРа или ОМОНа, а с другой тактику общевойскового боя, или проводку колонн.

Если подразделения милиции поначалу этого не умели, значит ли это, что они не были профессионалами? Нет, это просто значит, что был настолько жуткий дефицит кадров, что приходилось применять подразделения не по профилю: разведку посылать на штурмовые действия, аргументируя тем, что они более подготовлены, подразделениям милиции выполнять задачи, которые должны ставится перед армейцами или перед подразделениями ВВ. Всякое было, и за многое пришлось платить жизнями парней. Ну а потом уже, как обычно, у нас начинается поиск виноватого, виноватый обычно не находится ну и виноватым становится непосредственный командир.

Гибель колонны Пермского ОМОНа — тяжелый эпизод второй чеченской войны, но если уж «никто не забыт», то надо помнить и про тех, кто не смог выйти из боя.

Последовательность событий

28 марта 2000 года в расположение Ведено приехал ряд высокопоставленных чиновников: комендант Чечни, заместитель министра внутренних дел республики, начальник ГУВД Пермского края Владимир Сикерин, мэр Перми Юрий Трутнев. Делегация пермяков посетила местную школу, больницу, районную администрацию, затем переместилась на территорию, где располагался ОМОН. Ребятам привезли подарки и письма от родных.

Вспоминает Марина Мальцева, находившаяся в то время в Ведено:

«Обычно, когда приходили письма, я объявляла по рации, что их можно забрать у меня, В тот день я сделала объявление, и вдруг на связь вышел «дух», и вся база услышала: «Будут тебе гробы вместо писем!» Понятно, что слушали нас постоянно, но чтобы вот так нагло влезать – такое случалось нечасто…» (ну то, что постоянно слушали открытые каналы связи и входили в сеть — это было постоянно и в первую и во вторую)

В ночь с 28 на 29 марта 2000 года во временный Веденский РОВД, укомплектованный сотрудниками милиции из Пермской области, с приданным ему пермским сводным отрядом ОМОН, поступил приказ командующего Восточной группировкой федеральных войск генерал-майора С.А. Макарова на выдвижение отряда ОМОН при поддержке веденской комендатуры на спецоперацию в селе Центарой в соседнем Ножай-Юртовском районе.

Утром 29 марта колонна, численностью 49 человек (41 сотрудник ОМОН из Перми и Березников, 8 военнослужащих комендантской роты в/ч 83590) выдвинулась в пункт назначения для проведения операции по проверке паспортного режима и осуществления других мероприятий. Колонна состояла из трёх транспортных средств: БТР-80, автомобиль «Урал-4320» и автомобиль «ЗИЛ-131». Судя по описанию боя впереди шел «Урал» за ним «Зил», замыкающим шел БТР-80. Проехав рядом с Жани-Ведено, у высоты 813, у ЗИЛа перегрелся двигатель и колонна остановиться. Судя по таймеру на видеозаписи одного из сотрудников ОМОН колонная стояла длительный промежуток времени.

Незадолго до этого в это же село вошёл отряд боевиков под командованием Абу-Кутейб Джамаля, одного из приближенных Хаттаба. Абу-Кутейб обладал достаточно большим опытом ведения боевых действий. Родившись в 1960 в Саудовской Аравии, отметился в Боснии в 1995, где лишился ноги. Принимал участие в первой чеченской войне, во второй отвечал за пропаганду, организовал несколько операций, в том числе нападение на колону Пермского ОМОН, а также организовал вторжение в Ингушетию. в 2004 году был блокирован в Малгобеке и погиб. Итак, в банде Абу-Кутейба на тот момент, помимо чеченцев, также были выходцы из республик Северного Кавказа и иностранные наёмники. НВФ разместился в домах на отдых.

Сохранилась видеозапись, которую снимал один из бойцов ОМОНа Удачин Сергей. Есть запись 18 минут.

На съемке выставлен таймер с 29.3.2000 6:42

6-42 Первые минуты — это съемка пейзажа, после остановки колонны. Как мы видим, разведка не проводилась, люди просто стоят и смотрят по сторонам, снимают мечеть.

7-42. Съемка отдельно стоящего дома к которому ОДИН (!!!) подходит командир колонны майор Симонов Валентин Дмитриевич.На съемке видно, что он вооружен только пистолетом, по всей, видимости, табельным ПМ. Он показывает оператору, чтобы тот зашел за спину и продолжал снимать.

Итак, командир колонны майор Симонов принял решение в одиночку проверить дом, находящийся в десятках метров от места остановки колонны. (по словам боевиков, майор зашел попросить воды, в радиатор, но увидев вооруженных людей быстро сориентировался)

7-43 майор Симонов заходит внутрь, он обнаружил там вооружённых боевиков.

Дальше диалог

Майор Симонов: Ваня!

Оператор: Что? Дмитрич! (отчество Майор Симонов)

Майор Симонов внутри дома: начало фразы неразборчиво… Автомат ложь на землю… воевать не будет… договорились?

Оператор: Юра, зайди бегом.

Майор Симонов: неразборчиво … ложите…. договорились…

Одиночный выстрел

Крик: Аааа, Сука! Суки б….ь

Выстрелы.

7-44 камера падает и не двигается

Выстрелы из гранатометов, автоматная и пулеметная стрельба… запись идет еще 15 минут.

Видимо, майор Симонов, зашел в кошару, чтобы попросить воды для ЗиЛа, в этот момент там как раз находилось 2-3 боевика (возможно зашли погреться). Он попытался взять их в одного с пистолетом. Валид дернулся, Симонов выстрелил, дальше его убили. В ответ один из боевиков открыл огонь. Майор Симонов был убит. Таким образом, с самого начала боя колонная лишилась руководства. Одновременно начался обстрел из стрелкового оружия и гранатометов.

Поскольку при остановке колонны бойцы не спешились, продолжали сидеть в автомобилях и не рассредоточились на местности, они превратились в легкую мишень. В первые же минуты боя по десантирующимся из кузова милиционерам был открыт огонь, что привело к многочисленным ранениям и жертвам.

Бой с самого начала пошел по стандартной тактике. Выстрелами из РПГ подбит БТР (кумулятивный снаряд попал в моторный отсек) и Урал. Первая и последняя машины. Затем был подбит ЗиЛ. Наводчик горящего БТР развернул башню и открыл огонь по сопке, позволив бойцам занять позиции для обороны. После второго попадания в БТР поддержка со стороны брони опять прекратилась.

По словам Ларисы Шиловой, психолога, работавшего с выжившими после этого боя, командование всем отрядом взял на себя Василий Коньшин. Он попросил рядового Дмитрия Егорова поддержать огнем отходивших бойцов, оповестил всех по рации о начавшемся обстреле в районе высоты 813. Сегодня сложно сказать, что же происходило дальше, но, вероятнее всего, рядовой Егоров забрался на горевший БТР и вновь открыл огонь, сколько мог.

Сотрудники ОМОН и военнослужащие комендантской роты приняли бой По мере подхода бандитов из разных концов селения, огонь по колонне усиливался. Последний перехват — в 16.45: «Всем ребятам, которые могут стрелять, — бейте одиночными!»

9-30. На помощь попавшим в засаду из Ведено был направлен отряд из военнослужащих комендантской роты, пермских милиционеров и пермского ОМОНа Вторая колонна, возглавляемая комендантом Ведено полковником В. Тонкошкуровым, начальником Веденского ВОВД полковником Ю. Ганьжиным, его заместителем, подполковником К. Строгим, командиром Пермского ОМОНа подполковником С. Габой, попыталась пробиться к окруженным милиционерам, но не дойдя до них нескольких сот метров, сама попала в засаду.

Практически сразу был подбит головной БТР комендантской роты. Спустя приблизительно 6 часов колонна вернулась в Ведено. Потери второй колонны составили: комендантская рота — 15 человек раненых, сводный отряд Пермского ОМОНа — один раненый. Во время боя боевиков со второй колонной, шесть человек из первой колонны смогли вырваться из окружения. 30 марта группа из шести человек — пять сотрудников ОМОН и боец комендантской роты — вышла к своим.

31 марта федеральные войска смогли достичь высоты 813. Были обнаружены тела 31 погибших и один тяжелораненый в обе ноги омоновец Александр Прокопов (впоследствии Александру ампутировали ногу, но он остался служить в ОМОНе). Судьба остальных бойцов к тому времени оставалась неизвестной.

Позднее выяснилось, что часть бойцов была взята в плен и казнена на следующий день в ответ на отказ их обменять на полковника Ю.Д. Буданова. Захоронение 10 бойцов было обнаружено 30 апреля — 1 мая в районе селения Дарго. Практически на всех телах были следы и пыток.

Как выяснилось впоследствии, милиционеры были захвачены в плен не сразу. Небольшой группой они пытались выйти из окружения, постоянно отстреливаясь, но смогли дойти только до небольшой речки, переправиться через которую уже не успели. Здесь у них, по всей видимости, закончились боеприпасы. Вокруг найдено большое количество гильз и неразорвавшаяся граната. Один боец был сражен автоматной очередью у моста через речку и добит ударами приклада. Остальные были казнены неподалёку от этого места.

Предположительно фото, еще пока живых, ушедших в прорыв, но потом казненных ОМОНовцев.

Трупы милиционеров, которых МВД считало пропавшими без вести, были обнаружены в двух захоронениях. В группе поиска были военнослужащие, лично знавшие некоторых из пропавших. Они сразу опознали четверых бойцов Березниковского отряда пермского ОМОНа — прапорщиков милиции Юрия Аветисова, Сергея Малютина, Евгения Просвирнева и рядового Евгения Ржанова. После этого тела отправили на экспертизу в Ростов-на-Дону, в 124-ю лабораторию.

Туда же выехали сотрудники пермского ОМОНа с медицинскими картами и фотографиями погибших товарищей. По словам начальника пресс-службы пермского УВД Игоря Киселева, идентификация была очень трудной. «Наши ребята, вернувшиеся из Ростова, рассказали, что уже через 15 минут после того, как тела подняли из-под земли, кожа на лицах начала чернеть, а еще через полчаса — разлагаться. Затрудняло опознание и то, что над некоторыми омоновцами боевики издевались и их лица были обезображены. Поэтому опознавали сразу по многим признакам. Некоторых бойцов узнали по наколкам, у двоих сохранились личные номера. Помогли и особенности одежды отдельных омоновцев»,— сказал Киселев.

Погибшие бойцы комендантской роты

Погибшие пермские милиционеры

Осмотр тел позволил установить обстоятельства гибели милиционеров. По свидетельству начальника 124-й лаборатории Владимира Щербакова, смерть бойцов наступила «в результате резаных ран шеи». Иными словами, боевики перерезали им горло.

В конце концов были опознаны все погибшие. Помимо вышеназванных, это лейтенант милиции Александр Заздравных, сержанты Дмитрий Макаров и Эдуард Тарасов, младшие сержанты Евгений Киреев и Григорий Ужегов.

Репортаж ОРТ об эвакуации тел убитых. Репортаж хорош с точки зрения картинки и кадров уникальных, а вот версия с подготовленной засадой, так и осталась версией и на суде была принята версия о том, что засады не было, а по сути было раздолбайство

Репортаж телеканала ТВЦ о гибели ОМОНа Пермского края в Веденском районе Чечни 29 марта 2000 года

Потери колонны

Погибли в бою, а также захвачены в плен и казнены 36 пермских милиционеров и 7 военнослужащих комендантской роты. Число раненых — 2 и 15, соответственно.

Майор милиции Симонов Валентин Дмитриевич (12.06.1965 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старший лейтенант милиции Коньшин Василий Анатольевич (14.01.1967 — 29.03.2000, ОМОН при ГУВД Пермской области),
Старший лейтенант милиции Туровский Евгений Станиславович (9.09.1963 — 29.03.2000, ОМОН при ГУВД Пермской области),
Старший лейтенант милиции Метгулиев Альберт Гурбандурдыевич (18.07.1965 — 29.03.2000, ОМОН при ГУВД Пермской области),
Лейтенант милиции Заздравных Александр Викторович (24.01.1966 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Лейтенант милиции Кананович Альберт Владимирович (24.11.1972 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Лейтенант милиции Кузнецов Юрий Анатольевич (5.09.1966 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старший прапорщик милиции Собянин Сергей Борисович (19.04.1971 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старший прапорщик милиции Аветисов Юрий Игоревич (2.08.1970 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Прапорщик милиции Анненков Андрей Вячеславович (6.02.1969 — 29.03.2000, ОВД Оханского района ГУВД Пермской области),
Прапорщик милиции Зырянов Андрей Вячеславович (20.12.1970 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Прапорщик милиции Ломакин Михаил Валерьевич (26.10.1974 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Прапорщик милиции Мунтян Валерий Владимирович (31.10.1975 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Прапорщик милиции Малютин Сергей Викторович (24.01.1975 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Прапорщик милиции Просвирнев Евгений Владимирович (14.05.1975 — 29.03.2000, ОВД Горнозаводского района Пермской области),
Прапорщик милиции Шайхразиев Марат Фарсович (08.01.1965 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старшина милиции Кистанов Александр Викторович (24.03.1970 — 29.03.2000, ОВД Пермского района Пермской области),
Старшина милиции Пермяков Юрий Егорович (21.03.1973 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старшина милиции Рыжиков Алексей Николаевич (8.07.1978 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старшина милиции Сергеев Виталий Юрьевич (12.08.1967 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старшина милиции Удачин Сергей Игоревич (24.05.1962 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Старший сержант милиции Зюзюкин Александр Борисович (1.10.1977 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Старший сержант милиции Морозов Вячеслав Валерьевич (17.12.1972 — 29.03.2000, УВД Свердловского района г. Перми),
Старший сержант милиции Окулов Владимир Иванович (2.07.1974 — 29.03.2000, ОВД г. Чайковский Пермской области),
Старший сержант милиции Первушин Александр Юрьевич (5.01.1976 — 29.03.2000, ОВД Чердынского района Пермской области),
Старший сержант милиции Пушкарев Вадим Вячеславович (7.12.1971 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники Пермской области),
Сержант милиции Ефанов Виталий Анатольевич (31.08.1977 — 29.03.2000, ОВД Красновишерского района ГУВД Пермской области),
Сержант милиции Макаров Дмитрий Викторович (3.01.1973 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Сержант милиции Тарасов Эдуард Иванович (26.08.1974 — 29.03 2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Емшанов Владимир Юрьевич (6.10.1978 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Киреев Евгений Иванович (28.02.1977 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Толстяков Евгений Владимирович (6.10.1978 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Ужегов Григорий Михайлович (12.09.1977 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники),
Младший сержант милиции Давыдов Олег Анатольевич (25.09.1965 — 29.03.2000, ОМОН при УВД г. Березники ГУВД Пермской области),
Младший сержант милиции Игитов Сергей Витальевич (29.06.1977 — 29.03.2000, УВД Мотовилихинского района г. Перми),
Рядовой милиции Ржанов Евгений Вячеславович (10.06.1977 — 29.03.2000, УВД г. Кунгур Пермской области).

Погибшие в бою и захваченные в плен и казнённые военнослужащие комендантской роты:

Ефрейтор Образцов Геннадий,
Рядовой Николенко Сергей Анатольевич,
Рядовой Карпухин Андрей Петрович,
Рядовой Сасин Сергей Викторович,
Рядовой Низамов Зенур Адлямович,
Рядовой Ефимов Дмитрий Юрьевич

Расследование и суд

31 марта 2000 на место происшествия выехали министр внутренних дел РФ Владимир Рушайло и первый заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ генерал-полковник Юрий Балуевский. Было проведено служебное расследование. В феврале 2001 года материалы были переданы в главное управление Генпрокуратуры РФ на Северном Кавказе.

После обнаружения 1-го мая захоронения с телами погибших, они были переправлены в Ростов-на-Дону для опознания и экспертизы. Нескольких омоновцев идентифицировать без экспертизы было практически невозможно. Четверых же опознали на месте — это прапорщики милиции Юрий Аветисов, Сергей Малютин, Евгений Просвирнев и рядовой Евгений Ржанов.

В ходе расследования была принята версия, что специальной засады на колонну не было. Это утверждение основывалось на показаниях боевиков, участвовавших в том бою (судебный процесс над ними прошел в Махачкале весной-летом 2001-го) и схема места боя. Боевикам приходилось стрелять вверх по склону, что при заблаговременном выборе позиции скорее всего было бы исключено. Также в пользу отсутствия засады говорит и то, что обстрел колонны усиливался со временем, по мере подхода групп боевиков из других домов селения. Но роковое стечение обстоятельств — поломка машины, обнаружение группы боевиков в доме на окраине села — привело к трагическим последствиям. Быть может, после отдыха боевики незамеченными ушли бы в горы.

С другой стороны существует мнение, что поломка автомобиля привела к тому, что колонна не достигла места засады. В пользу подготовленной засады по мнению ряда сотрудников говорило следующее: заранее оборудованные и замаскированные позиции, посты наблюдения, выставленные по ходу движения колонны.

Дальше-больше. В ходе расследования также вдруг стало выясняться, что чеченцы-то мол ну никоим образом не причастны к гибели колонны Пермского ОМОН. Они же мирные жители. Итак кто предстал перед судом.

Жители Буйнакского района Дагестана — находившийся в федеральном розыске Иманшамиль Атаев (родной брат лидера карамахинских ваххабитов Мухтара Атаева), Ата Мирзаев, Хайрулла Кузаалиев, Махди Магомедов и Гаджи Батиров. Несмотря на то что задержанные отрицали свое участие в бандформированиях, следствие смогло найти доказательства их причастности к нападению на бойцов пермского ОМОНа. Позже удалось задержать еще двоих — черкеса Шамиля Китова и татарина Эдуарда Валиахметова. Ни один из них не признал себя виновным.

Вот такая вот удивительная история, в результате, которой ни один чеченец не пострадал, н-да.

Статья об Эдуарде Валиахметове

Расстрельное дело раскрыло убойные факты

Подсудимый Валиахметов рассказал, что в Чечню попал в начале февраля 2000 года по настоянию родителей: «Мать и отец хотели, чтобы я изучил Коран и основы ислама». Это корреспонденту Ъ подтвердила и мать Эдуарда, Саният, которая приехала в Махачкалу, одетая по всем правилам, предписанным кораном женщине-мусульманке.

«Мы действительно думали, что только в Чечне наш мальчик может познать чистоту ислама»,— посетовала она. В одном из лагерей Валиахметову дали имя Абдулла, так как имя Эдуард, как ему объяснили, немусульманского происхождения. Даже в письме родителям он называл себя Абдуллой. После трех недель обучения Валиахметов, вместе с еще одним обвиняемым Шамилем Китовым, попал в отряд араба Абу Кутейба. Но буквально через пару дней боевики заподозрили в новобранцах агентов ФСБ…

Отряд боевиков постоянно передвигался и всюду водил за собой пленных. Валиахметов подробно рассказывал маршрут движения, четко называл населенные пункты и даже районы Чечни, которые они пересекали. В конце марта отряд, в котором он находился, оказался под селением Жани-Ведено.

«Нас расселили недалеко от села в двух заброшенных домах. Однажды утром я проснулся от шума автоматных очередей. Сонные боевики, на ходу одеваясь и заряжая оружие, бежали в сторону небольшой высоты (возле нее было совершено нападение на колонну пермского ОМОНа). Среди них я увидел Шамиля Китова, у которого в руках был гранатомет и три выстрела к нему»,— рассказывал Валиахметов на допросе, который записывался на видео и демонстрировался на процессе. Всех омоновцев, захваченных в плен, по его словам, отвели в небольшое ущелье, где их охраняли арабы.

Бой тем временем продолжался в полукилометре. Карамахинцев, которые раньше охраняли Валиахметова, не было — они участвовали в том бою. Уже вечером, когда отряд соединился, Валиахметов стал свидетелем казни одного из омоновцев. «На земле, опершись на лопату, стоял прапорщик. Когда боевики стали громко кричать ‘Аллах акбар!’, милиционер упал на колени и стал просить не убивать его. Он говорил, что будет воевать на их стороне. Но разъяренные ваххабиты уже ничего не слышали. С прапорщика сняли рубаху, потом подошел один чеченец и ударил его прикладом автомата по голове и уже лежащему на земле перерезал горло»…

Однако в других своих показаниях Валиахметов исключил эпизод с Китовым. Исходя из этого, следователь не стал предъявлять последнему обвинение в непосредственном участии в нападении на пермский ОМОН. На видеодопросе Валиахметов, а затем и Китов подробно перечисляли имена карамахинцев, участвовавших в налете, и их приметы. Позже, по данным следствия, они опознали их по фотоснимкам. Однако на суде оба неожиданно заявили, что ошибались, так как на скамье подсудимых сидят совсем другие люди.

Один из участников того боя, пермский омоновец, не выдержал и сказал судье: «Там они все были грязные, заросшие, с бородами, а сегодня — подстриженные и бритые. Естественно, при таком раскладе — это разные люди».

На вопрос судьи и гособвинителя, с чем связаны изменения в их показаниях, оба подсудимых ответили, что подвергались физическому давлению и действовали по сценарию следователя еще до того, как их допрашивали во время видеосъемок. По их словам, имена подсудимых им были подсказаны работниками милиции. Тут же по очереди адвокаты стали поднимать своих подсудимых и устраивать импровизированные очные ставки, задавая один и тот же вопрос: «Вы раньше видели этого человека среди боевиков?» В ответ слышалось вялое отрицание: «Я только на процессе увидел этих людей».

Вот такие дела, и чеченцев нет, и я не я корова не моя, в плену был, вот так.

Приговоры

Больше всех получил Махди Магомедов. Правда, его участие в нападении на омоновцев суд счел недоказанным, зато признал виновным в создании незаконных вооруженных формирований в селении Карамахи в 1997-1999 годы и в участии в боях против федеральных сил. За это он получил 21 год строгого режима с конфискацией имущества и еще 12 тыс. рублей штрафа за использование поддельного загранпаспорта.

Ата Мирзоев признан виновным в участии в незаконных вооруженных формированиях, в расстреле колонны омоновцев, а также в угоне и уничтожении БТР. Ему дали 19 лет строгого режима с конфискацией имущества.

Хайрулла Кузаалиев виновен в том, что во время расстрела колонны вместе с группой карамахинцев прикрывал возможный обход омоновцами обороняемой высоты. В бой по независящим от него обстоятельствам не вступал. Приговорен к 16 годам строгого режима с конфискацией.

14 лет строго режима получил еще один участник нападения — Гаджи Батиров.

К Эдуарду Валиахметову и Шамилю Китову, чьи показания легли в основу обвинения других подсудимых, суд был снисходителен. Первый приговорен к двум с половиной годам, второй — к трем годам строгого режима. Оба тут же амнистированы и освобождены из-под стражи.

По результатам же служебной проверки было установлено, что причиной трагедии посчитали непродуманные действия начальства Пермского ОМОНа, приказавшего своим бойцам выдвигаться без армейского прикрытия.

Причины потерь

1. Несогласованность действий и отсутствие необходимых навыков проводки колонн и ведения боя в условиях горной местности.

2. Отсутствие разведки маршрута движения колонны.

3. Отсутствовало взаимодействие с подразделениями ВВ МДВ РФ и ВС МО РФ. Маршрут передвижения не был согласован со старшим воинским начальником, в зоне ответственности которого он находился.

4. Отсутствовало прикрытие колонны, колонна двигалась без боевого охранения, не соблюдая необходимую дистанцию.

5. Отсутствовало взаимодействие с артиллерией и авиацией (его не было).

6. Комсостав группы не знал радиочастот частей, прикрывавших этот район, их позывных.

Вообще не понятно, что делал такой слабый отряд в той части ЧР, ведь туда оттягивались довольно крупные силы НВФ, получается опять несогласованность.
Из воспоминаний выживших

Лейтенант милиции Владимир Куракин:

Засаду нам готовили серьезную. Вырыли окопы полного профиля. Хорошо замаскировали. Такое укрытие не возьмешь ни из РПГ, ни «мухой». Но… мы не дошли до основных сил засады. Сломался автомобиль. Спустя время мы узнали, что прошли через 8 — 9 постов чеченов. Они нас передавали «с рук на руки» и «вели» колонну. Мешок захлопнулся.

Тут и началось. Автоматы и пулеметы ударили со всех сторон. БТР пошел в голову колонны, поддержать ребят огнем. «Духи» подожгли первый «Урал». Потом подожгли БТР. Экипаж вывалился из горящей машины, занял оборону. Один парнишка вернулся в горящую машину. И из башенного пулемета поливал «духов». Стрелял, пока второй раз не сработал гранатомет. Я видел, как от башни полетели куски металла. Солдат сгорел…

Мы, несколько человек, забрались под «ЗИЛ». Заняли круговую оборону, отстреливались. «Духи» изрешетили всю машину. Из бензобака на землю вытекала горючка. Мы лежали в луже бензина. Могли вспыхнуть в любой момент. Решили выползать на небольшое возвышение. Там, на высотке, оказались несколько наших ребят. Кто-то был уже убит, кто-то ранен. За тонким деревцем лежал Сергей Малютин. Он был со снайперской винтовкой. Ствол деревца иссечен пулями. Откуда стреляют — не видно. Сергей кричит нам: «Ничего не видно!..»

Видим, окружают со всех сторон. Кричат: «Сдавайтесь! Мы вас убьем небольно…»

Во весь рост встал Виталий Епифанов. Бил из пулемета по «чехам». Несколько минут ему везло. Но одна очередь его достала. Упал замертво.

Тут «духи» переключили свое внимание на вторую колонну, которая шла нам на выручку. Мы воспользовались этим и скатились в ущелье. Решили выходить из окружения по воде. Вода шумит, завалы камней и кустарник скрывают.

Вышли к небольшому мостику. Дальше — по дороге. «Духи» заметили нас. Мы залегли в ложбинке и приготовились принять последний бой. Оставалось метров 15 — 20. Засвистели мины. Шесть раз громыхнуло — по мине на каждого из нас. Но минометчики нас не задели. «Духов» разметали и нам помогли. Я приказал отходить к нашим. Мы слышали и даже видели, как вторая колонна ведет бой. И тут по рации я услышал: «Мы попали в окружение, отходим!» Бой начал стихать.

Мы скатились в обрыв. Повисли на ветках и корнях деревьев. Как елочные украшения. Провисели так несколько часов.

Тут прилетели «вертушки» и начали работать по расположению боевиков. Первый залп пришелся… по нашим позициям. Я дал зеленую ракету — «здесь свои». И красную — в сторону чеченских позиций. Их хорошо потрепали вертолетчики, штурмовая авиация и минометчики. Но на горы спустилась ночь.
Я шел первым, остальные цепочкой за мной. Каждый держал руку на плече товарища. Я остановлюсь — все встали. Я сел — все сели.

Нервы были уже на пределе. Вдруг слышим русский говор. Наши? Не наши? Я спрашиваю: «Пароль?» Мне в ответ: «Рязань! Отзыв?» А мы его не знаем. Случайно не перестреляли друг друга. Оказалось, что это разведка ВДВ. Ребята нам на подмогу шли.

Вышло нас из той мясорубки пятеро омоновцев и один контрактник. Через два дня, когда наши пришли на место боя, обнаружили раненого, полуживого Александра Прокопова. У него было ранение в ногу. Потерял много крови, но наложил себе жгут. Доктор в горячке боя успел бросить ему ампулу промедола. Вот он и продержался до прихода наших.

Эти шакалы ходили по месту боя и добивали наших. Всем ребятам были сделаны контрольные выстрелы или в голову, или в шею. А десятерых ребят «вахи» захватили в плен. Скорее всего, ребята были сильно контужены и не могли оказать сопротивления. Разведчики потом нашли бинты, окровавленные носки и ботинки…

Уводили ребят босиком. Похоже, пытали. Когда их казнили, неизвестно. Их тела позже обнаружили далеко от места боя.
Когда мы забирали тела погибших, видели всякое. Одному прикладом размозжили череп. Другому в нос засунули нательный крестик. Измывались даже над погибшими. А уж живым как досталось…

Из дневника Владимира Порта

28 марта 2000 г.

Прилетел генерал Сикерин (в то время — начальник ГУВД г. Перми, в настоящее время на пенсии. — Ред.). С ним мэр Перми и целая свита. Ждали и готовились круче, чем к приезду министра. В итоге полный облом. Генерал заглянул с вертолетной площадки в ОВД минут на 20 и сразу укатил в комендатуру обедать. У нас из-за этого на 3 часа обед задержали.

Гуманитарный груз такой: по караваю хлеба на 23 человек, по березовому венику на 3 человека, по бутылке минералки на 1,5 человека и по 4 пачки сигарет на бойца. Все. А мы-то ждали и надеялись.

Генерал покатался по Ведено, вручил книги и игрушки школьникам и на 30 минут снова заехал в отдел. Зашел в два кубрика, пока л/с строился и готовился к вручению наград. Подошел к строю, коротко поведал, что замена будет поэтапной и вообще все у нас тут нормально. Вручил погоны подполковника нач. СКМ (служба криминальной милиции. — Ред.) и при первых выстрелах минометов, огонь которых мы вызвали на поражение засеченной минометной точки на горе, заспешил к вертолету.

29 марта 2000 г.

Черный день, жуткий день. Еще накануне по радиоперехвату вахи пообещали нам вместо писем гробы. Так и получилось. По приказу генерал-майора Макарова (зам. командующего) утром отряд Пермского ОМОНа в сопровождении БТР комендантской роты на двух «Уралах» вышел на зачистку н. п. Центорой. Всего 45 человек.

В 9 часов 02 минуты по радиостанции командир отряда ст. лейтенант Коньшин В. П. сообщил о том, что отряд попал в засаду в квадрате 58-96 у высоты 813°. Есть двухсотый и трехсотые (убитый и раненые. — Ред.). БТР и машины горят. «Чехи» заманили ребят в ловушку и били на выбор. Подробности узнаем потом (если узнаем), но и сейчас ясно, что операция с их стороны была тщательно спланирована. Есть предположение, что работала банда Гелаева.

Нач. ВОВД Ганьжин принял решение направить на помощь вторую колонну и возглавил ее сам. Отряд в составе 61 человека (31 — ВОВД, 20 — ОМОН, 10 — ВВ) на двух БТРах, «КамАЗе» и двух «уазиках» выдвинулся в район боя. При подходе к квадрату 58-94 колонна попала в засаду. В течение первой минуты появились три трехсотых. Огонь был очень плотным, и продвижение вперед стало невозможным. Люди залегли. Командир запросил помощь коробочками (боевая машина пехоты (БМП). — Ред.) и авиацией. Ребята лежали под обстрелом и ждали помощи. Ганьжин по рации просил братишек потерпеть, держаться, говорил, что помощь уже рядом. Но ОМОН все реже выходил на связь.

Подошли «вертушки», в район боя выехал комендант и возглавил руководство боем. Подтянули минометы, но корректировать их огонь было очень сложно. Еще сложнее корректировать огонь авиации. Связи с «вертушками» не было, целеуказание давать нечем. Не хватало зеленых ракет для того, чтобы обозначить свое место.

Подошли 4 БМП десантников. Под их прикрытием отряд попытался пробиться к окруженным. Не дошли до них всего 500 — 600 м. Огонь «чехов» был настолько плотным, что командир принял решение на отход. «Чехи» били не только из стрелкового оружия, но и из гранатометов и минометов. Несколько коробочек загорелось, появилось много трехсотых. «Чех» по рации заглушал переговоры наших групп, и приходилось постоянно менять каналы. Но у него сканер, и снова его собачий голос с угрозами забивал эфир.

В 14.40 ОМОН в последний раз вышел на связь. Команда была следующей: «Все, кто еще может стрелять, — огонь одиночными по склонам горы». Все. Патроны у ребят кончились, снайперы не давали поднять головы. Вторая колонна вышла из-под обстрела, имея 16 трехсотых. Вертолетом их эвакуировали в Ханкалу. Двое тяжелых. Похоже, не довезут.

Из нашего отдела контузию получил прапорщик Лисицын Валерий Алексеевич из Добрянки. Еще ничего не соображая и шатаясь, как пьяный, у «вертушки» он уперся и отказался лететь в тыл. Усадили силой. Из БТРов ребят выносили на руках, с перебитыми ногами, окровавленных, обгоревших.

С ОМОНом в первой колонне был наш водитель ст. сержант Морозов Вячеслав Валерьевич. Судьба его неизвестна. Артиллерия, авиация и минометы били отсечным огнем, накрывая все новые квадраты, но чечен по рации продолжал издеваться над нами.

Было принято решение выдвинуть на помощь третью колонну десантников, и она пошла в район боя. Но тут поступила команда генерала Макарова вернуть ее в Ведено. Мы в шоке. Как можно бросить ребят? Ведь еще есть 2 — 3 часа светлого времени и надежда, что не все погибли. Но решения принимаем не мы, мы только выполняем приказы. Все понимаем, что предали ребят, но сделать ничего не можем.

Приближается ночь, и надежда на то, что ребят спасут, тает с каждой минутой. «Вертушки» уже в темноте наносят последние удары в районе боя. Без конца бьют минометы. Тяжелые снаряды самоходов с урчанием проносятся над нами в сторону гор. Больно и стыдно. Ребят предали, нас всех предали. Это понимает каждый — от майора до рядового.

По ОВД с утра готовность № 1. Караулы усилены. Бойцы все в окопах и на блоках. Ночь предстоит бессонная. Из штаба группировки постоянно требуют уточненных данных, как будто мы из крепости можем видеть поле боя и подсчитать потери. Пока 16 трехсотых.

Это невозможно еще осмыслить и тем более смириться с мыслью о том, что молодые ребята лежат в ущелье и над ними издеваются бандиты. Может, кто и жив еще, а как помочь? Я, здоровый и крепкий мужик, сижу в дежурке обвешанный гранатами, снаряженными магазинами, ракетами и еще черт знает чем, и ничего не могу сделать, чтобы помочь землякам. Дико, обидно и стыдно.

30 марта 2000 г.

В 2 ночи сообщили из комендатуры о том, что к ним вышли пятеро омоновцев и один солдат-контрактник. Радость большая, но чем заглушить боль потерь?!

Всю ночь и весь день проводится войсковая операция по уничтожению группировки. Радиоперехват разноречивый. ФСБ доказывает, что перехватили сообщение о гибели 07-го. По их позывным это Масхадов. А на связь выходил вчера с нами якобы сам Басаев, они опознали его голос. Может, и правда. А я его по рации послал…

Разведка под Джаной-Ведено обнаружила целый гадюшник, штаб Масхадова. Села уже нет, его сровняли с землей. А мы в обороне. Обидно. Есть у нас оружие, боеприпасы, а главное — просто бешеное желание отомстить. Четыре дня назад мы нашли в Ведено закопанные у больницы БМП-2 (боевая машина пехоты. — Ред.) и БМД-1 (боевая машина десанта. — Ред.). Откопали, притащили в отдел, отмыли. БМП неисправна, а БМД можно поставить на ход. И все это стоит без дела, как и наши МЛТБэшки (малый легкий тягач бронированный. — Ред.). Да еще никому не нужный «Горчак» — бронеколпак стоимостью 3 млн. без пулеметов и гранатомета. Сикерин обещал еще один прислать. Кому он здесь нужен?

Ребята без сигарет сидят, едят только суп да кашу, вместо хлеба сухари, а нам веники везут березовые. Спасибо хоть не кресты.

Сейчас поступило сообщение о том, что войска отошли от Джаной-Ведено, т. к. встретили очень упорное сопротивление. По предварительным данным, боевиков больше тысячи. Все равно мы их «сделаем». Обязательно!

31 марта 2000 г.

С утра томительное ожидание. Мысли только о судьбе омоновцев. Федералы пошли вперед после интенсивной обработки местности с воздуха и огнем артиллерии. Пока новостей нет.

Прилетел полковник Аронин, нач. ГУВД Чеченской республики, еще какие-то генералы. Ждем прилета Рушайло. Все усилия руководства ВОВД сводятся к одному — спихнуть вину за происшедшее на кого-то. Опять команда всем привести себя в порядок, сбрить бороды. Об этом сейчас думать надо? Уроды! Ганьжин (начальник Веденского ВОВД, снят с должности после расстрела Пермского ОМОНа, сейчас работает в милиции в Перми. — Ред.) не появлялся перед л/с, укатил в комендатуру. Всех все-таки побрили.

Следственно-оперативная группа выехала к месту боя, с ней и наша корреспондентша Марина Мальцева с видеокамерой. Весь день прождали министра, но он остался в Ханкале. Вызвал туда Ганьжина и военного коменданта. По данным разведки, мы блокированы с двух сторон ущелья.

Крупная группировка численностью до 1200 человек перекрыла дорогу у Сержень-Юрта. Со стороны Дагестана у Дарго ущелье занято группировкой до 800 боевиков. Мы в мешке. В Ведено нас осталось вместе с ОМОНом 396 человек. Еще комендантская рота и батальон 66-го парашютно-десантного полка у Джаной-Ведено. В Автурах еще стоят собровцы, но сколько их, мы не знаем. Все.

Федералы, конечно, будут давить «духов» с обеих сторон и додавят до Ведено. Поэтому весь л/с снова роет окопы и ходы сообщения. Зарыли в землю «трофейные» БМП и БМД, весь БК (боекомплект. — Ред.) из оружейки роздан на руки. По расчетам, его хватит максимум на полдня интенсивного боя. А что дальше? На «вертушки» и артиллерию надежды мало, им еще надо правильно цель указать.

Уже в темноте с места боя вернулась СОГ (следственно-оперативная группа). Худшее подтвердилось. На одном склоне горы обнаружили 27 трупов наших ребят, на противоположном еще 7. Наш водитель Морозов сгорел в кабине «Урала», когда пытался его развернуть. Опознали всех, а вывезли пока только 19 парней. Один труп был заминирован. Саперы все трупы сперва дергали кошками. Марине сразу стало плохо, и съемку до конца она провести не смогла.

Погибшие почти все березниковцы. «Чехи» добивали раненых в упор выстрелами в лоб или шею. У одного раненого мальчишки (на ноге был затянут жгут) отрезано ухо и брошено рядом, прикладом проломлен череп, а во рту торчит иконка. Нелюди, паскуды!

Ребят били на выбор. Причем снайперы сначала целились по ногам, а потом добивали. Лежат целыми группами, видно, побили их, когда перевязывали друг друга. У одного разворочено все тело прямым попаданием из подствольника. Другой прошит в спину насквозь, и пуля застряла в пробитом магазине, лежавшем в разгрузке. У всех вывернуты карманы, взято все. Многие раздеты и разуты. Оружие «духи» забрали с собой.

Похоже, что нескольких раненых ребят, кто еще мог идти, взяли с собой. По следам видно, что ребят уводили босиком: нашли их сапоги и окровавленные бинты и носки. Тех, кто идти не мог, — добили. Жутко и невыносимо больно. На душе такой груз, что, кажется, он будет давить на нас все оставшиеся годы. Нашли и артиллерийского корректировщика, его накрыли свои мины. Вот так.

Есть и радостная весть. Нашли раненного в ногу и контуженного прапорщика ОМОНа. Почти трое суток пролежал он на камнях под дождем, голодный и чуть живой. Что довелось пережить этому парню?

А ведь, по оперативной информации, было давно известно о наличии бандформирований в этом районе. Наша уголовка секретной шифровкой передала эту информацию еще накануне боя в штаб группировки. Но оттуда требовали от нас активных действий — и вот получили их…

Сейчас все валят на наших командиров. Не организовали прикрытие, разведку, не отработали маршрут. Все это так. Бросили они ребят в мясорубку. Но в то же время прикрытия никакого никто и никогда нам не давал, тем более воздушного. Даже на выборах ребята мотались по диким горным аулам на «уазиках», БТР, охраняли комендатуру да пару избирательных участков в Ведено. Зачем надо было выводить войска? Что, война уже кончилась? Лишь бы отрапортовать.

В средствах массовой информации мелют такую чушь, что слушать тошно. Мы и сами тут на месте не владеем в полном объеме всей информацией, а там все знают на ТВ. Маразм.

Откопали и труп араба, наемников «чехи» закапывают, своих уносят. Дырка у него прямо во лбу. Туда гниде и дорога. Вчера в Ведено еще двоих хоронили. Наверное, тоже оттуда.

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Документальный фильм Марины Мальцевой из Перми «Братишки, не молчите…» о гибели в Чечне, под Ведено, березниковских и пермских ОМОНовцев 29 марта 2000 года.

У фильма «Братишки, не молчите…» три премии, одна из них – гран-при международного фестиваля. Первый гран-при фильм получил на фестивале «Щит и меч», второй – на евразийском международном телефоруме, третий – на Екатеринбургском конкурсе документального кино «Человек и война».

30 марта, на следующий день после нападения боевиков на колонну Пермского ОМОНа, когда высокое руководство, напуганное масштабом потерь и грозящей ответственностью, выдавало на всю страну скупо-лживые сведения, Марина Мальцева вышла на связь с Пермью и передала о случившемся на Большую землю. Это была первая правдивая журналистская информация о веденской трагедии. За которую подполковника Мальцеву «достойно наградили»: запретили подходить к телефону, а потом еще и повесили выговор.

Марина Владимировна Мальцева, подполковник милиции в отставке. В 2000 году являясь начальником пресс-службы городского управления внутренних дел Перми, находилась на территории Чеченской республики в составе сводного отряда прикамской милиции.

29 марта 2000 года.

Рано утром на дороге у селения Джани-Ведено пермские милиционеры приняли бой с противником, численность которого превосходила многократно. Банда из 500 боевиков под командованием араба Абу Кутейба устроила засаду. Все – профессиональные убийцы, наемники из разных стран. «Духи» напали на сводный отряд Прикамской милиции. Наших ребят было меньше полусотни.

Последний раз сводный отряд вышел на связь около пяти часов вечера: «Я Кама-2, — позывной старшего лейтенанта Василия Коньшина, — внимание всем. Бить одиночными. Экономить патроны…» Потом эфир затих. И в ответ на все призывы дежурного временного отдела Ведено – «Братишка, братишка, ответь, братишка, не молчи!» — тишина. Бой продолжался еще до вечера, и отзвуки автоматных очередей стали стихать лишь с наступлением темноты. Именно тогда, воспользовавшись покровом ночи, те из наших ребят, кто еще оставался в живых, смогли выйти из окружения и добраться до своих. В том страшном бою вместе с 23 березниковскими и 3 пермскими омоновцами погибли еще 9 сотрудников районных отделов милиции Пермской области.

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Рано утром 29 марта колонна, численностью 50 человек (42 омоновца из Перми и Березников, 8 военнослужащих комендантской роты в/ч 83590 Таманской дивизии) выдвинулась из Ведено в пункт назначения для проведения спецоперации по проверке паспортного режима и осуществления других мероприятий.

Колонна состояла из трёх транспортных средств: БТР-70 (шофер Геннадий Образцов, комендантская рота, попал в плен, казнён), автомобиль «Урал-4320» (шофер Вячеслав Морозов, УВД Свердловского района, погиб в бою) и автомобиль «ЗиЛ-131» (шофер Юрий Шишкин, единственный выживший воин комендантской роты).

Не доезжая нескольких сот метров до поселения Жани-Ведено, у высоты 813, закипел ЗиЛ и колонна была вынуждена остановиться…

Подробнее об этом читайте здесь

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Они попали в засаду, как считают многие, из-за штабной неразберихи, царившей в Чечне. Они погибали под пулями на своей земле. Их добивали выстрелами в затылок бандиты и наемники. Оставшихся в живых пытали и убивали. Они сражались до последнего, отстаивая не собственную жизнь, а высшие человеческие ценности. Любовь. Преданность Родине. Дружбу. Они — герои. Мы будем вечно помнить о них!

МУЖСКАЯ РАБОТА

Черной чертой в их жизни стала дата 29 марта 2000 года. По одну сторону до нее — счастье, радости и надежды. По другую — катастрофа и непреходящая душевная мука. Матерям бойцов Пермского и Березниковского ОМОНа пришлось перенести горе, страшнее которого не бывает — пережить собственных детей.

Собираясь позвонить Валентине Александровне Зюзюкиной, маме погибшего в Чечне Александра, я вдруг чувствую, как тяжелеет телефонная трубка. Как вести разговор? А вдруг она не захочет беседовать? Но вскоре понял, что ошибся: воспоминания о сыне помогают этой женщине существовать. Без них она уже просто не сможет жить.

— Саша, он, знаете, каким парнем был… чистым, честным, вежливым. Спортсмен, гордость школы. Никогда не ругался… — рассказывает мать.

И хотя для любой матери сын — всегда самый лучший, я чувствую: это — правда. С фотографий на меня смотрит юноша с благородным, немного грустным лицом.

— Он был такой спокойный и в то же время порывистый. Если что-то для себя решил, делает, как считает необходимым…

До армии Александр поехал учиться в Московскую высшую военную школу. Поступил, потом вернулся, снова легко поступил, но уже на горный факультет пермского политеха. Проучился несколько месяцев, сказал: «Не мое», приехал в Березники и через две недели ушел в армию. А сразу после армии был ОМОН. Свой выбор объяснил кратко: «Мужская работа». Первая командировка в Чечню, потом та роковая, вторая. От нее, по словам матери, Саша Зюзюкин, мог вообще отказаться, так как едва успел встать с койки — переболел корью.

Но…

— Мама, это не обсуждается. Ребята едут, значит и я еду тоже.

Расставание с сыном Валентина Александровна помнит, как если бы оно было вчера.

— Мы поехали их провожать, а они собирались, грузили машины… Молча, угрюмые, все — как тени. Если в первую командировку смеялись, шутили, то тут словно другие люди… будто чувствовали.

Она достает из шкафа капюшон:

— У омоновцев есть примета — отрывают капюшон от формы, хранят дома, а потом, когда едут в командировки, завязывают его на голове. А в эту командировку Саша капюшон не взял. Я положить забыла…

Здесь же другие, теперь самые дорогие для нее предметы — медали сына, личные вещи, омоновская форма со «сникерсом», который Саша не успел
съесть и забыл в кармане. Две его любимые книги — «Ринг за колючей проволокой» (о боксере — узнике Бухенвальда) и романтическая «Одиссея капитана Блада» Рафаэля Сабатини.

— Первая книга очень жестокая, — говорит Валентина Александровна. — Я ее от Саши даже прятала…

О гибели сына она узнала одновременно со всеми, кого коснулась трагедия Березниковского ОМОНа. Как и все, надеялась до последнего, а когда увидела его имя в списке, молилась только об одном — чтобы Сашу привезли целым. Так и случилось. Старший сержант милиции боец ОМОНа Александр Зюзюкин был найден на месте боя с пулей в груди.

Дальше все для матери было, как в тумане — полная квартира людей, необходимая и в то же время какая-то бессмысленная суета, отпевание и резанувшие по живому слова кого-то из прибывших в город милицейских чинов: «Из-за раздолбайства наших командиров…»

В Березниках о семьях погибших не забывают. За каждой семьей закреплен сотрудник ОМОНа, в помощи никогда никому не отказывают. Всем семьям погибших, нуждавшимся в жилье, город выделил квартиры.

Несколько лет назад на кладбище, где похоронены бойцы, поставили памятник.

— Место огородили, — говорит Валентина Александровна, — И порядка стало больше. А то раньше там машины ездили, едва не по могилам наших ребят…

Михаил ХАЧАТУРЯН

НА ИХ СТОРОНЕ БЫЛО ПЯТЬСОТ БОЕВИКОВ

Валерий Богданов, старший инженер-сапер инженерно-технической группы ОМОН Березников — один из шестерых омоновцев, уцелевших в роковом бою у чеченского села Джани-Ведено. Милиционеры, чудом выжившие в том бою, не только не оставили службу в ОМОНе, все десять лет они продолжают ездить в командировки на Северный Кавказ.

— Валерий, скажите, что заставляет снова отправляться туда, где вас чуть не убили? Страшно не бывает?

— Страх есть у всех. Но его можно преодолеть. Причина, по которой я туда еду, простая — это моя работа. Кроме того, есть такие понятия, как долг, честь, совесть.

— Та командировка в марте 2000 года, когда произошла трагедия… Расскажите о ней.

— Для меня это была уже вторая командировка. В Моздок приехали 29 февраля в составе пермского сводного отряда, оттуда направились к месту дислокации — в райцентр Ведено. Это село считалось осиным гнездом боевиков, там всегда было неспокойно. Родина Басаева, там же находился его дом. Наш отряд расположился в бывшем детском саду, недалеко от крепости русского генерала Ермолова. До боя, в котором погиб отряд, оставался месяц…

— Чем занимались бойцы в течение этого времени?

— В основном быт налаживали. Построили баню, провели водопровод, ездили за продуктами. Вечерами видео смотрели. Общались, шутили. В разведку ходили, охраняли задержанных. Все, как обычно.

— Можно вспомнить, что было перед тем боем? Как все происходило?

— Нас подняли ночью по тревоге, сказали быть готовыми к выезду. Где-то ближе к четырем утра стали собираться. Приказ был двигаться к селу Беной Ножай-Юртовского района, на помощь СОБРу, блокировавшему там группу боевиков. Нас 49 человек было, один БТР и еще две машины — «Урал» и «ЗиЛ». Километра полтора как проехали — одна из машин «закипела». Пока устраняли неисправность, командир отряда, майор Валентин Симанов, пошел проверять домик, стоящий на возвышенности. Раздались выстрелы. Валентина первым убили, а потом уже стрельба со всех сторон началась! Мы с разведгруппой на БТРе проехали немного вперед. Когда начался бой, вернулись, слезли с БТРа и заняли оборону…

— Как вам удалось спастись?

— Шансов было мало. Считайте, мы располагались на дороге, которая проходила через ущелье и отлично простреливалась с окружающих холмов. Спасло, наверное, то, что я находился за одной из машин. Дважды терял сознание, ранения были, но не столь опасные.

— Как долго шел бой?

— Началось около семи утра, а когда стихли выстрелы, я взглянул на часы — было часа четыре.

— Как вышли из этого ада?

— Когда стрельба поутихла, стали выбираться, окликали друг друга, искали живых… Выходили вшестером — старались двигаться бесшумно, где ползком, где пригнувшись. На боевиков не натыкались, но видели издали, как они танцуют вокруг костра и слышали их песни. К утру 30 марта вышли на рязанских десантников, они нам сказали, что во время того боя им трижды давали приказ идти к нам на подмогу и трижды останавливали. Ребят наших, тех, кто погиб, тоже они обнаружили.

— Сколько боевиков участвовало в нападении?

— Как потом говорили попавшие в плен, с той стороны было пятьсот боевиков. В основном наемники. Большинство, я надеюсь, уже уничтожено.

— Есть такое понятие — «чеченский синдром». Мол, воевавший человек в мирное время может в любой момент сорваться. Испытываете его на себе?

— Я в это не верю. Тот, кто реально воевал, никогда не будет этим бравировать. А о чеченском синдроме может говорить тот, кто сам реального выстрела не слышал.

— Можете сказать что-то о своих погибших товарищах? Вспомните какой-нибудь эпизод.

— Если вспоминать, то надо говорить о каждом из двадцати трех. Поэтому я промолчу…

Михаил ХАЧАТУРЯН

В ОТВЕТ — ТИШИНА…

Когда его отец ушёл из семьи, парню было восемнадцать. И он сам взвалил на себя все заботы о семье — матери, сестре и десятилетнем брате. У Жени была мечта — дать образование брату Алёшке, поддержать больную мать и поставить на ноги дочурку сестры. Собственно, и в ту роковую командировку Евгений ехал с тем, чтобы, исполнив свой долг перед Родиной, заработать деньги для семьи.

Евгений Ржанов родился и вырос в Кунгуре. Ещё в детстве он выделялся среди своих сверстников, рассказывает сегодня мать Жени Любовь Алексеевна. Серьёзный, собранный… И, наверное, не случайно после призыва в армию его направили в пограничные войска. Он был старшим гидроакустиком на сторожевом корабле в Петропавловске-Камчатском.

— Он хотел остаться в армии и служить по контракту, — говорит Любовь Алексеевна. — И начальство уговаривало, потому что успехи у него были очень хорошие. Но он позвонил мне и сказал — как вы там без меня-то будете? Кто станет деньги на жизнь зарабатывать?

Женя отказался от выгодного предложения. И вернулся домой. Далее была служба в ППС Перми, а затем работа в медицинском вытрезвителе Кунгура. Весной 2000 года начальство предложило поехать в командировку в Чечню. Евгений вызвался добровольцем.

Когда пришло первое письмо, он убедительно просил мать не верить в то, что говорят о ситуации в Чеченской Республике по телевизору. Успокаивал…

А 28 марта, за день до того, как отряд Пермского ОМОНа попал в засаду, от сына вновь пришло письмо. Женька написал, что под Ведено всё спокойно, на зачистки выходят, но перестрелок нет. «Скоро вернусь, и заживём…»

На следующий день по радио и телевидению прогремело — отряд попал в ловушку, много погибших. Любовь Алексеевна кинулась узнавать, был ли её сын в числе участников событий. Но лишь спустя несколько дней металлический голос на другом конце телефонного провода сказал, что её сын погиб.

Она уже плохо помнит, как смогла пережить первые дни после страшного известия, как хоронила Женьку, как плакал Алёшка… Память, будто оберегая её, покрыла те события пеленой.

Каждый год 29 марта она приходит на могилку сына, чтобы снова посмотреть в его ясные улыбчивые глаза. И каждый год задаёт один и тот же вопрос — почему? А в ответ — тишина…

Елена ГРЕЧИЩЕВА

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Репортаж телеканала ТВЦ о гибели ОМОНа Пермского края в Веденском районе Чечни 29 марта 2000 года, во время второй чеченской войны.

Как выяснилось впоследствии, милиционеры были захвачены в плен не сразу. Небольшой группой они пытались выйти из окружения, постоянно отстреливаясь, но смогли дойти только до небольшой речки, переправиться через которую уже не успели.

Здесь у них, по всей видимости, закончились боеприпасы. Вокруг найдено большое количество гильз и неразорвавшаяся граната.

Один боец был сражен автоматной очередью у моста через речку и добит ударами приклада. Остальные были казнены неподалёку от этого места.

Подробнее читайте здесь

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства