Архивная статья журнала «Братишка» за 2000 год о бое за высоту 382.1, во время второй чеченской войны, на подступах к Грозному.

«Братишка», пишет ваш постоянный читатель Михаил Кудрявцев. Внимательно читаю все номера журнала. Особенно мне запомнился рассказ о бое, который вели разведчики 22 ОбРОН 29 августа 1999 года за ретранслятор, на горе Чабан в Дагестане. И в моей памяти тоже навсегда остался бой за высоту 382,1 неподалеку от Грозного. Не могу не написать вам о нем, о разведчиках 506 МСП — настоящих бойцах, с которыми мы хлебали чеченское лихо, кормили вшей, ходили в дозор и атаку и которые волею судьбы остались за кадром, остались безымянными героями войны.

С пяти часов утра 17 декабря 1999 года наша разведгруппа в составе семи человек под командованием старшего лейтенанта Алексея Кичкасова ве­ла разведку в дачном поселке близ н.п. Пригородное. Отсюда боевики вели беспокоящий обстрел подразделений второго батальона полка из снайперских винтовок, гранатометов и ПТУРов. Обна­ружив на склонах несколько огневых точек, дзотов и блиндажей, мы получили приказ на отход. Во второй половине дня возвратились в пункт временной дисло­кации.

Через два часа роте была поставлена новая зада­ча: захватить стратегически важную высоту 382,1, а также две высотки на подступах к ней и удержать их до подхода подразделений второго батальона. Была обещана мощная артподготовка, включая применение снарядов объемного взрыва, а также поддержка все­ми имеющимися силами и средствами.

Эта горка возвышалась над чеченской столицей. С нее открывался отличный обзор на Пригородное, Гикаловский, 53-й участок Грозного, Черноречье. Хо­рошо была видна и психбольница — крепкое кресто­образное здание из красного кирпича, в котором, как оказалось позже, был мощный опорный пункт боеви­ков. На самой высоте когда-то стояли ракетчики, и до сих пор сохранились мощные бетонные укрепления, глубокие бункеры.

В 22.15 начали движение. Наш разведотряд со­стоял из трех групп, всего не более сорока человек. Отряду были приданы артнаводчик, «химик», три сапе­ра. От батальона с нами пошли несколько бойцов, чтобы потом вывести на высоту свои подразделения. Первой группой командовал лейтенант В.Власов, вто­рой — лейтенант И.Остроумов, третьей — старший лейтенант А.Кичкасов.

Обещанной артподготовки так и не дождались, по склону лишь недолго поработали танки.

Тяжелый ночной подъем до первых высоток по гу­стым зарослям занял около семи часов. К пяти утра мы достигли первого рубежа, залегли, сопровождав­шие нас пехотинцы ушли вниз.

Было еще темно, мы лежали на мерзлой земле, потихоньку переговаривались. В разведроте было много контрактников. Моя срочная прошла в начале 1990-х в спецназе ГРУ. Да и почти все ребята в развед­ке не новички, срочную служили в серьезных подраз­делениях.

Младший сержант С.Недошивин — в ГСН Зеленоградского БОН, рядовые Телеляев и Слесарев — в ГСН 8-й ОБрОН, участвовали в первой чеченской войне. Рядовой Сергей Скутин служил в софринской бригаде, был в горячих точках в начале девяностых. Рядовой П.Цецырин — из 3-й ОБрСН ГРУ, рядовой А.Зашихин — бывший разведчик 31-й ОБрОН. В ВДВ служили сержант Е.Хмелевский, рядовой А.Борисотг рядовой В.Баландин (воевал в первую чеченскую, позже служил в Югославии). Старшина В.Павлов слу­жил по контракту в Таджикистане в 201-й дивизии, в 1995 году награжден орденом Мужества. С августа 1996 по февраль 1997 проходил службу в разведбате 205-й бригады в Грозном, входил в группу личной ох­раны командующего ОГВ на Северном Кавказе гене­рала В.Тихомирова. Войсковые разведчики старший сержант А.Селезнев, сержант Н.Мелешкин, старший сержант А.Ларин — просто хорошие парни и прекрас­ные бойцы.

…Рассвело, занялся на редкость яркий и солнечный день. Впереди, метрах в восьми­стах, на высоте отчетливо просматривалась вышка ретранслятора. Мы ждали подхода двух мотострелковых рот, чтобы разместить их на этом рубеже и на исходе дня двинуться к конечной цели — ретранслятору. В это вре­мя-я находился рядом с командиром роты лейтенантом И.Остроумовым и слышал его радиообмен с начальником разведки полка.

-Пехота подошла?

— Нет..

— Ретранслятор видишь?

— Вижу.

— На ретранслятор — вперед!

В 7.15 длинной цепочкой по узкой тропе рванули вперед. Минут через двадцать го­ловной дозор и первая группа вышли на ок­раину плато. До вышки оставалось не более 150 метров. На дне кругового окопчика обна­ружили крупнокалиберный пулемет, заботливо прикрытый одеялом. Шагов через десять пятнадцать дозор наткнулся на выросшее СЛОВНО ИЗ-ПОД земли “духа». Идущий первый рядовой Ю. Курганьков среагировал быстрее — Очередь в упор и рывок в траншею.

И сразу плато ожило, заработали пулеметы, автоматы. Головной дозор и первая группа разошлись вправо от направлении движения и заняли неглубокую траншею по краю высоты.

По нам ударили из подствольников. Старшине В.Павлову граната ВОГ-25 попала в радиостанцию за спиной. Осколками старшине срезало темя. Находившийся рядом старший лейтенант Алексей Кичкасов перевязал старшину, вколол промедол. Тяжело раненный Павлов хоть и не мог уже сам стрелять, снаряжал магазины и передавал их лежащему рядом командиру, потом потерял сознание.

В теже минуты осколком ВОГ-25 зацепило и Павла Слободского.

Боевиков было немного. Истошно крича «Аллах акбар!», они отходили к вышке. Чтобы ударить им во фланг, я и рядовой А.Борисов по склону вдоль траншей двинулись левее основной группы. Подползли. Раздвигаю высокую жухлую траву. Прямо передо мной метрах в двадцати «дух». Он тут же жмет на курок, но пули проходят выше. Я перекатился вправо, поднял автомат и в прицел увидел летящую в меня гранату. Рывок назад, закрываю автома­том голову. Повезло и на этот раз — взрыв раз­дался впереди, лишь осколки просвистели над головой. И Борисова не зацепило. А вот после наших гранат «дух» затих насовсем.

Бой уже идет по всей высотке. Справа, чуть впереди, вижу сержанта Н.Мелешкина, старшего сержанта Селезнева, старшину ро­ты Эдика, сержанта Е.Хмелевского. младше­го сержанта А.Аршинова, ефрейтора А.Шур­кина. Забежав на крышу бункера, старший сержант Андрей Селезнев бросает гранату вниз.

В это время «духовские» снайперы откры­ли огонь. Во второй группе первым погиб еф­рейтор А.Шуркин. Пуля попала ему в глаз. Не вскрикнув, он молча осел. Следом погиб старший сержант Селезнев — пуля снайпера про­била ему руку и вошла в грудь. Андрея на на­ших глазах развернуло, «разгрузка» на нем за­дымилась.

Погиб и сержант Е.Хмелевский. Он почти добежал до входа в ангар. Первая пуля попала ему в грудь, вторая — в подбородок.

На правом фланге, в первой группе, от снайперской пули погиб рядовой С.Кенжибаев, а здоровяку из Пензы младшему сержан­ту С.Недошивину пуля попала в шею., пере­бив артерию. Рядовой А.Зашихин по рации передает в полк, что идет бой, есть убитые и раненые. В следующее мгновение он сам ра­нен осколком гранаты.

По радиостанции приходит приказ на от­ход. Командир роты лейтенант И.Остроумов пытается довести его до всех, но сделать это непросто. Бойцы группами по нескольку че­ловек находятся в разных окопах. Радиостан­ция первой группы разбита взрывом, связи­сты ранены, да и грохот стоит такой, что не докричишься. И Остроумов с семью бойцами, что были рядом, в том числе с артнаводчиком и связистом, отходит вниз. В расположение полка он возвратился около девяти утра.

А бой на высоте продолжался. Пулеметной очередью был тяжело ранен в живот лей­тенант В.Власов. Бросившегося к нему на по­мощь сапера Булатова убил снайпер.

В центре высоты группа разведчиков ук­рылась в окопе, рядом с бункером. Снайпер не давал подняться и вытащить убитых. Три пули, одна за другой, легли рядом с сержан­том Мелешкиным, одной сорвало с него шап­ку. Рядовой Сапрыкин был ранен в руку. Ря­довому Мальцеву пуля разбила магазин в разгрузке и застряла в бронежилете. Нако­нец начала бить наша полковая артиллерия. Наверное, ушедший вниз артнаводчик вызвал огонь на высоту.

В это время рядовой А.Борисов и я по окопам, идущим вокруг высоты, ушли доволь­но далеко. Здесь бандиты чувствовали себя свободно. Видим, трое стоят чуть ли не в полный рост, что-то говорят и показывают в сторону, где залегли наши. Мы не торопясь прицелились и двумя одиночными сняли две цели. Третий «дух» рванул к вышке так, что пятки засверкали.

Снаряды рвались уже так близко, что при­шлось ползком по траншее отходить назад.

Бойцы группы, возглавляемой сержантом Н.Мелешкиным, закрепившись в центре, вели огонь, давая возможность вытащить тяжело­раненых. Старший лейтенант Алексей Кичкасов с несколькими бойцами выносили стар­шину В.Павлова. Спустившись на восемьсот метров вниз, до места утреннего расположе­ния отряда, и оставив там раненого и бойцов, Кичкасов вернулся обратно.

Через некоторое время боевики высоту оставили. Автоматный, а затем и артиллерий­ский огонь стих. Наступила какая-то жуткая тишина.

Все, кто уцелел в бою, собрались вместе. Старший лейтенант Кичкасов дал команду отойти вниз, на утренний рубеж, забрав с со­бой погибших. В это время «духи», придя в себя и перегруппировавшись в базовом лаге­ре, начали подтягиваться и брать высоту в кольцо, отрезая нам пути отхода. Их гортан­ные крики, казалось, неслись отовсюду.

Под­хватив погибших, мы начали спуск. Но подо­шедшие справа и снизу «духи» открыли шквальный огонь. Пришлось оставить «двух­сотых» и, отвечая огнем (хорошо отработали пулеметчики рядовые Слесарев и Абдулрагимов), отходить вниз.

Основная группа отошла на рубеж утрен­него расположения отряда и заняла круговую оборону. Нас осталось немногим более двад­цати человек. Из них двое тяжелораненых, не­сколько контуженых. Первую помощь раненым оказывал рядовой Сергей Скутин, бывший санинструктор софринской бригады. Из ко­мандиров в строю старший лейтенант А.Кичкасов, из прапорщиков — старшина роты и са­пер С.Шелехов. Связи с полком не было.

«Чехи» быстро приближались, ведя проче­сывающий огонь и пытаясь снова захватить нас в кольцо. Единственным местом для отхо­да оставался спуск по густозаросшей ложбине.

Расположились «скорпионом»: четверо — в «голове», две «клешни» из четырех человек в каждой — по склонам расщелины, в центре восемь человек, попеременно меняясь, на палатке выносят тяжело раненного старшину Павлова.

Рядовой Сапрыкин с перебитой ру­кой идет сам. Позади, в группе прикрытия, четверо во главе со старшим лейтенантом Кичкасовым.

Пять бойцов, выносивших лейтенанта Владимира Власова, то ползком, то перебеж­ками отходили вниз в двухстах-трехстах мет­рах правее основной группы. Володя иногда приходил в себя, все спрашивал:

— Пехота подошла?

Получив отрицательный ответ, скрежетал зубами и снова терял сознание.

Спустя некоторое время, показавшееся нам вечностью, вышли на трассу Грозный — Шали. Здесь на дачных участках стояли две мотострелковые роты. В восемь часов утра они, как и планировалось, двинулись впе­ред, но, пересекая трассу, попали под пуле­метный огонь из дзотов, оборудованных на одной из сопок. Потеряв убитым одного бойца, мотострелки отошли назад. Обидно! Ведь сутками раньше мы, находясь в дозо­ре, засекли эти огневые точки и доложили по команде, как положено.

Несколько позднее на гору пошла немногочисленная группа разведчиков волгоградского разведбата, охра­нявшего штаб северной группировки. Но и они вернулись назад, доложив, что разведка полка окружена на высоте и ведет неравный бой, и пробиться к нам не представляется возможным. Небольшую помощь нам оказа­ла минометная батарея, которая, возобно­вив огонь по склонам высоток, не давала бо­евикам быстро маневрировать и преследо­вать нас.

Бойцы, выносившие с высоты лейтенан­та Власова, отправили вниз за помощью ра­ненного в спину рядового Зашихина. Он вы­шел на шоссе недалеко от нас и, теряя силы, выстрелил из автомата вверх. Зашихин сообщил, что лейтенант Власов жив, он в восьми­стах — тысяче метров вверх по склону, ему нужна помощь.

Погрузив старшину Павлова на «бэшку», мы со старшим лейтенантом Кичкасовым и еще с несколькими пехотинца­ми-добровольцами пошли на гору.

А в это время, выбившись из сил, парни решили передохнуть. Сели. Старший сержант Ларин голову командира положил себе на ко­лени. Последний раз Володя прошептал:

— Где пехота? Как высота?..

— Все нормально, отбили. — отвернув­шись. сказал Ларин.

И Власов умер. Володю продолжали нести, пока не нарвались на засаду «духов» В расположение полка около двух часов дня во главе со старшим лейтенантом Кичкасовым вместе с ранеными нас вышло 29 че­ловек…

Через неделю на высоту 382,1 нас повел начальник разведки полка майор Илюхин. Высоту мы заняли ночью, без выстрелов. За неделю авиация и артиллерия перепахали ее до неузнаваемости.

Утром на высоте мы нашли трех своих боевых товарищей. Тела старшего сержанта Селезнева и сержанта Хмелевского были изуродованы. «Духи» и мертвых разведчиков боятся. Лейтенанта Владимира Власова на­шли через три дня заминированным (Ф-1 под головой, РГД-5 в кармане).

Старшина В.Павлов умер в Моздоке 25 декабря, в тот самый день, когда высота ста­нет нашей. Младшего сержанта С.Недошиви­на найдет МЧС месяца через три, похоронят его на родине в Пензе. Рядовой Кенжибаев и сапер Булатов до сих пор считаются без вес­ти пропавшими. Я и несколько моих товари­щей последними видели и выносили их с той высоты. Что не смогли их все-таки вынести — это наша боль на всю жизнь, а что они герой­ски погибли — это факт.

Начальник разведки майор Н.Илюхин по­гибнет от пули снайпера 21 января в Гроз­ном, на площади Минутка.

В верхнем ряду слева Илюхин Николай

Справа Николай Илюхин, майор роты разведки. Друг Андрея, погибнет от пули снайпера 21 января в Грозном, на площади Минутка.

Старший лейте­нант А.Кичкасов уже уволился в запас. Алек­сей не кадровый военный (закончил Саран­ский университет, педагог — тренер по вос­точным единоборствам). На счету Кичкасова более тридцати боевых разведвыходов, он отличный офицер и бесстрашный командир.

23 января Алексей будет тяжело контужен в Грозном и после излечения в ростовском госпитале уволится в запас. За бой на высо­те 382,1, за Грозный Кичкасова представят к званию Героя России. Спасибо тебе, Алек­сей, что не оставил ты нас на той высоте, вывел к своим…

«БРАТИШКА» это письмо я писал тебе целый месяц. Тяжело все переживать заново. Но, может, прочитав про этот бой, родные ребят узнают, как геройски погибли их сыновья

На оставшихся у меня фото: наша группа на Терском хребте 27 ноября 1999 г. Пять человек из одиннадцати, запечатленных на этом снимке погибли, и один ранен в бою на высоте 382.1 18 декабря 1999 года.

На втором снимке мы с другом Сергеем Скутиным 16 декабря 1999 года в трех километрах от Грозного, у н.п. Беркат-Юрт.

Михаил КУДРЯВЦЕВ. г.Сызрань. Фото из архива автора

Журнал Братишка № 11 2000

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства