Сегодня исполняется 19 лет с момента боя у села Джани-Ведено, в ходе которого понес серьезные потери сводный отряд Пермского ОМОНа

К концу марта 2000 все крупные населенные пункты Чечни находились под контролем российских военных. Понеся существенные потери в ходе боев 1999-2000 годов, особенно в период зимней кампании, боевики были попросту не в состоянии оказывать сопротивление российским силовикам в открытом бою. Командование объединенной группировки войск (сил) заявило о фактическом завершении военной операции.

Однако, говорить о победе было еще совсем рано. Боевики, потерпев поражение в открытых боях перешли к тактике партизанской войны. В горных районах были оборудованы многочисленные базы для ее проведения. Фактически значительная часть горных районов Чечни находилась под контролем бандформирований.

Одним из главных очагов напряженности в республике оставался Веденский район-родовое гнездо главаря террористов Басаева. В марте 2000 в районе оперировали сотни вооруженных боевиков, как местных, так и наемников из арабских государств. Командование объединенной группировки войск предприняло ряд мер по борьбе с участниками бандформирований, однако на этом этапе силы боевиков были явно недооценены.

28 марта во временный Веденский РОВД, укомплектованный сотрудниками милиции из Пермской области, с приданным ему пермским сводным ОМОНом, поступил приказ командующего Восточной группировкой федеральных войск генерал-майора С. А. Макарова на зачистку села Центарой в соседнем Ножай-Юртовском районе.

По непонятной причине на проведение зачистки были выделены ничтожно малые силы. Операцию должны были проводить 42 сотрудника МВД, главным образом бойцы ОМОНа из города Березники Пермской области,усиленные 8 бойцами комендантской роты. Подразделение перемещалось на двух грузовиках, «Урал» и «ЗиЛ-131», сопровождаемых одним БТР-80. Воздушное прикрытие колонны не осуществлялось. При выдвижении подразделения к селу Центарой у автомобиля «ЗиЛ» закипел двигатель. Колонна остановилась неподалеку от населенного пункта Джани-Ведено.

Командир ОМОНовцев майор Собянин принял решение осмотреть ближайший дом. В этот момент была допущена серьезная ошибка. Личный состав не покинул транспортные средства и не рассредоточился. В доме, который отправился осматривать майор Собянин, находился наблюдательный пункт боевиков. Офицер погиб в первые секунды завязавшегося боя. Из села колонну атаковали боевики. Так как личный состав не был рассредоточен и находился в машинах, в первые минуты боя отряд понес существенные потери. По колонне работали из автоматического оружия и гранатометов. Вскоре были уничтожены БТР и оба грузовика. Силы были явно не равны.

Из Ведено на помощь срочно выдвинулась деблокирующая группа. Однако, при выдвижении к месту боя она сама попала под шквальный огонь боевиков. Был подбит один БТР, 16 бойцов получили ранения. К сожалению, деблокирующая группа не сумела вовремя прорваться к окруженным товарищам.

Однако, 5 бойцам ОМОНа и одному солдату из комендантской роты удалось выйти из окружения на следующий день. Подразделения федеральных сил сумели выйти к месту боя только 31 марта. Удалось спасти тяжелораненого бойца ОМОНа Александра Прокопова, который сумел укрыться в складках местности. (впоследствии Александру ампутировали ногу, но он остался служить в ОМОНе). На месте боя были обнаружены тела 31 погибшего. Еще 12 бойцов, израсходовав боеприпасы, попали в плен и впоследствии были казнены.

В результате боя у Джани-Ведено 29 марта 2000 года погибли 36 сотрудников сводного отряда ГУВД Пермской области, а также 7 бойцов комендантской роты. Гибель Пермского ОМОНа стало результатом провалов в планировании операции, вызванной головокружением от успехов в кампании 1999-2000 годов. Отряд из 50 бойцов, не обладающий тяжелой бронетехникой и поддержкой с воздуха был направлен проводить зачистку в настоящем «осином гнезде».

Блокированных в результате нападения силовиков пытались поддержать исключительно силами Веденского РОВД и местной комендатуры. Командование Восточной группировки федеральных сил не сумело вовремя оказать поддержку армейскими подразделениями. Кроме того, разведка группировки откровенно проморгала скопление сотен боевиков в Джани-Ведено.

Фактически после гибели пермского ОМОНа началась партизанская стадия войны в Чечне. Уже 19 апреля наши военные предприняли масштабную операцию против баз боевиков в Веденском районе, поддержанную артиллерией и авиацией. Тем не менее, партизанская война в Чечне затянется на годы.

Более подробная информация: Вторая чеченская война. Нападение на колонну Пермского ОМОНа

Вторая чеченская война. Братишки, не молчите…

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Они попали в засаду, как считают многие, из-за штабной неразберихи, царившей в Чечне. Они погибали под пулями на своей земле. Их добивали выстрелами в затылок бандиты и наемники. Оставшихся в живых пытали и убивали. Они сражались до последнего, отстаивая не собственную жизнь, а высшие человеческие ценности. Любовь. Преданность Родине. Дружбу. Они — герои. Мы будем вечно помнить о них!

МУЖСКАЯ РАБОТА

Черной чертой в их жизни стала дата 29 марта 2000 года. По одну сторону до нее — счастье, радости и надежды. По другую — катастрофа и непреходящая душевная мука. Матерям бойцов Пермского и Березниковского ОМОНа пришлось перенести горе, страшнее которого не бывает — пережить собственных детей.

Собираясь позвонить Валентине Александровне Зюзюкиной, маме погибшего в Чечне Александра, я вдруг чувствую, как тяжелеет телефонная трубка. Как вести разговор? А вдруг она не захочет беседовать? Но вскоре понял, что ошибся: воспоминания о сыне помогают этой женщине существовать. Без них она уже просто не сможет жить.

— Саша, он, знаете, каким парнем был… чистым, честным, вежливым. Спортсмен, гордость школы. Никогда не ругался… — рассказывает мать.

И хотя для любой матери сын — всегда самый лучший, я чувствую: это — правда. С фотографий на меня смотрит юноша с благородным, немного грустным лицом.

— Он был такой спокойный и в то же время порывистый. Если что-то для себя решил, делает, как считает необходимым…

До армии Александр поехал учиться в Московскую высшую военную школу. Поступил, потом вернулся, снова легко поступил, но уже на горный факультет пермского политеха. Проучился несколько месяцев, сказал: «Не мое», приехал в Березники и через две недели ушел в армию. А сразу после армии был ОМОН. Свой выбор объяснил кратко: «Мужская работа». Первая командировка в Чечню, потом та роковая, вторая. От нее, по словам матери, Саша Зюзюкин, мог вообще отказаться, так как едва успел встать с койки — переболел корью.

Но…

— Мама, это не обсуждается. Ребята едут, значит и я еду тоже.

Расставание с сыном Валентина Александровна помнит, как если бы оно было вчера.

— Мы поехали их провожать, а они собирались, грузили машины… Молча, угрюмые, все — как тени. Если в первую командировку смеялись, шутили, то тут словно другие люди… будто чувствовали.

Она достает из шкафа капюшон:

— У омоновцев есть примета — отрывают капюшон от формы, хранят дома, а потом, когда едут в командировки, завязывают его на голове. А в эту командировку Саша капюшон не взял. Я положить забыла…

Здесь же другие, теперь самые дорогие для нее предметы — медали сына, личные вещи, омоновская форма со «сникерсом», который Саша не успел
съесть и забыл в кармане. Две его любимые книги — «Ринг за колючей проволокой» (о боксере — узнике Бухенвальда) и романтическая «Одиссея капитана Блада» Рафаэля Сабатини.

— Первая книга очень жестокая, — говорит Валентина Александровна. — Я ее от Саши даже прятала…

О гибели сына она узнала одновременно со всеми, кого коснулась трагедия Березниковского ОМОНа. Как и все, надеялась до последнего, а когда увидела его имя в списке, молилась только об одном — чтобы Сашу привезли целым. Так и случилось. Старший сержант милиции боец ОМОНа Александр Зюзюкин был найден на месте боя с пулей в груди.

Дальше все для матери было, как в тумане — полная квартира людей, необходимая и в то же время какая-то бессмысленная суета, отпевание и резанувшие по живому слова кого-то из прибывших в город милицейских чинов: «Из-за раздолбайства наших командиров…»

В Березниках о семьях погибших не забывают. За каждой семьей закреплен сотрудник ОМОНа, в помощи никогда никому не отказывают. Всем семьям погибших, нуждавшимся в жилье, город выделил квартиры.

Несколько лет назад на кладбище, где похоронены бойцы, поставили памятник.

— Место огородили, — говорит Валентина Александровна, — И порядка стало больше. А то раньше там машины ездили, едва не по могилам наших ребят…

Михаил ХАЧАТУРЯН

НА ИХ СТОРОНЕ БЫЛО ПЯТЬСОТ БОЕВИКОВ

Валерий Богданов, старший инженер-сапер инженерно-технической группы ОМОН Березников — один из шестерых омоновцев, уцелевших в роковом бою у чеченского села Джани-Ведено. Милиционеры, чудом выжившие в том бою, не только не оставили службу в ОМОНе, все десять лет они продолжают ездить в командировки на Северный Кавказ.

— Валерий, скажите, что заставляет снова отправляться туда, где вас чуть не убили? Страшно не бывает?

— Страх есть у всех. Но его можно преодолеть. Причина, по которой я туда еду, простая — это моя работа. Кроме того, есть такие понятия, как долг, честь, совесть.

— Та командировка в марте 2000 года, когда произошла трагедия… Расскажите о ней.

— Для меня это была уже вторая командировка. В Моздок приехали 29 февраля в составе пермского сводного отряда, оттуда направились к месту дислокации — в райцентр Ведено. Это село считалось осиным гнездом боевиков, там всегда было неспокойно. Родина Басаева, там же находился его дом. Наш отряд расположился в бывшем детском саду, недалеко от крепости русского генерала Ермолова. До боя, в котором погиб отряд, оставался месяц…

— Чем занимались бойцы в течение этого времени?

— В основном быт налаживали. Построили баню, провели водопровод, ездили за продуктами. Вечерами видео смотрели. Общались, шутили. В разведку ходили, охраняли задержанных. Все, как обычно.

— Можно вспомнить, что было перед тем боем? Как все происходило?

— Нас подняли ночью по тревоге, сказали быть готовыми к выезду. Где-то ближе к четырем утра стали собираться. Приказ был двигаться к селу Беной Ножай-Юртовского района, на помощь СОБРу, блокировавшему там группу боевиков. Нас 49 человек было, один БТР и еще две машины — «Урал» и «ЗиЛ». Километра полтора как проехали — одна из машин «закипела». Пока устраняли неисправность, командир отряда, майор Валентин Симанов, пошел проверять домик, стоящий на возвышенности. Раздались выстрелы. Валентина первым убили, а потом уже стрельба со всех сторон началась! Мы с разведгруппой на БТРе проехали немного вперед. Когда начался бой, вернулись, слезли с БТРа и заняли оборону…

— Как вам удалось спастись?

— Шансов было мало. Считайте, мы располагались на дороге, которая проходила через ущелье и отлично простреливалась с окружающих холмов. Спасло, наверное, то, что я находился за одной из машин. Дважды терял сознание, ранения были, но не столь опасные.

— Как долго шел бой?

— Началось около семи утра, а когда стихли выстрелы, я взглянул на часы — было часа четыре.

— Как вышли из этого ада?

— Когда стрельба поутихла, стали выбираться, окликали друг друга, искали живых… Выходили вшестером — старались двигаться бесшумно, где ползком, где пригнувшись. На боевиков не натыкались, но видели издали, как они танцуют вокруг костра и слышали их песни. К утру 30 марта вышли на рязанских десантников, они нам сказали, что во время того боя им трижды давали приказ идти к нам на подмогу и трижды останавливали. Ребят наших, тех, кто погиб, тоже они обнаружили.

— Сколько боевиков участвовало в нападении?

— Как потом говорили попавшие в плен, с той стороны было пятьсот боевиков. В основном наемники. Большинство, я надеюсь, уже уничтожено.

— Есть такое понятие — «чеченский синдром». Мол, воевавший человек в мирное время может в любой момент сорваться. Испытываете его на себе?

— Я в это не верю. Тот, кто реально воевал, никогда не будет этим бравировать. А о чеченском синдроме может говорить тот, кто сам реального выстрела не слышал.

— Можете сказать что-то о своих погибших товарищах? Вспомните какой-нибудь эпизод.

— Если вспоминать, то надо говорить о каждом из двадцати трех. Поэтому я промолчу…

Михаил ХАЧАТУРЯН

В ОТВЕТ — ТИШИНА…

Когда его отец ушёл из семьи, парню было восемнадцать. И он сам взвалил на себя все заботы о семье — матери, сестре и десятилетнем брате. У Жени была мечта — дать образование брату Алёшке, поддержать больную мать и поставить на ноги дочурку сестры. Собственно, и в ту роковую командировку Евгений ехал с тем, чтобы, исполнив свой долг перед Родиной, заработать деньги для семьи.

Евгений Ржанов родился и вырос в Кунгуре. Ещё в детстве он выделялся среди своих сверстников, рассказывает сегодня мать Жени Любовь Алексеевна. Серьёзный, собранный… И, наверное, не случайно после призыва в армию его направили в пограничные войска. Он был старшим гидроакустиком на сторожевом корабле в Петропавловске-Камчатском.

— Он хотел остаться в армии и служить по контракту, — говорит Любовь Алексеевна. — И начальство уговаривало, потому что успехи у него были очень хорошие. Но он позвонил мне и сказал — как вы там без меня-то будете? Кто станет деньги на жизнь зарабатывать?

Женя отказался от выгодного предложения. И вернулся домой. Далее была служба в ППС Перми, а затем работа в медицинском вытрезвителе Кунгура. Весной 2000 года начальство предложило поехать в командировку в Чечню. Евгений вызвался добровольцем.

Когда пришло первое письмо, он убедительно просил мать не верить в то, что говорят о ситуации в Чеченской Республике по телевизору. Успокаивал…

А 28 марта, за день до того, как отряд Пермского ОМОНа попал в засаду, от сына вновь пришло письмо. Женька написал, что под Ведено всё спокойно, на зачистки выходят, но перестрелок нет. «Скоро вернусь, и заживём…»

На следующий день по радио и телевидению прогремело — отряд попал в ловушку, много погибших. Любовь Алексеевна кинулась узнавать, был ли её сын в числе участников событий. Но лишь спустя несколько дней металлический голос на другом конце телефонного провода сказал, что её сын погиб.

Она уже плохо помнит, как смогла пережить первые дни после страшного известия, как хоронила Женьку, как плакал Алёшка… Память, будто оберегая её, покрыла те события пеленой.

Каждый год 29 марта она приходит на могилку сына, чтобы снова посмотреть в его ясные улыбчивые глаза. И каждый год задаёт один и тот же вопрос — почему? А в ответ — тишина…

Елена ГРЕЧИЩЕВА

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства