В семье Фридриха Галле готовились к свадьбе, замуж выдавали третью дочь. Молодожены закупили обручальные кольца. Оксана, невеста, принесла отрез белой ткани на свадебное платье. Думали-гадали о дне бракосочетания. Ведь Шурка, брат Оксаны, самый младший ребенок и единственный сын в семье, в то время находился во фронтовой командировке в Чечне.

Узнав о приятных хлопотах дома, он категорично потребовал от домочадцев: свадьбу без него не играть.

«Я приеду в мае…» — напоминал он в каждом письме..

До трехлетнего возраста Са­ша постоянно болел и практи­чески не покидал больницу. Там он и ходить научился. Се­стренок приводили к нему про­ сто “посмотреть на Сашку”. А они втайне мечтали о том. когда братик наконец попра­вится и с ним можно будет поиграть, как с большой живой куклой. Для старших сестер он вскоре стал объектом заботы.

Они его опекали, воспитывали. А когда Саша в школу пошел, старшие замуж вышли, появились у них дети. Теперь брат нянчился со своими племянниками. Сестры говорят, что у него это неплохо получалось. Он, наверное, и от­цом был бы заботливым

Хотя детство его и проходило в девчо­ночьей компании, рос Сашка мужественным парнем. Умел постоять за себя и за сестренок заступиться. Позже это чисто мужское начало превратилось в черту характера — повышен­ное чувство справедливости. После службы в армии он мечтал пойти работать в милицию.

Саша еще до призыва окончил автошколу и получил удостоверение водителя. Технику лю­бил и не мог дождаться, когда же ему дадут на­конец хоть какой-нибудь автомобиль. Пусть не­ исправный, он сам его поставит на колеса.

Но сначала предстояло пройти курс молодого бой­ца, потом закончить учебное подразделение по подготовке сержантов. Когда получил старень­кий ЗИЛ-131, дневал и ночевал возле него. По­ тому что машина была дежурным тягачом.

Позже ему доверили и перевозку лично­го состава. Доставит караул на объект, и по­ка смена идет — ведро ягод соберет, ребят угощает.

К этому времени страсти на Кавказе накалились до предела. В октябре в соста­ве отряда спецназа «Рысь» сержант Алек­сандр Галле в качестве механика-водителя бронетранспортера убыл в Чеченскую рес­публику для выполнения служебно-боевых
задач.

С первых же дней пребывания на этой пылающей земле для “рысей» начались бо­евые испытания. Рисковали жизнью ежедневно.

Однажды разведчики обнаружили “вол­чью” тропу, по которой скрытно переправля­лось оружие и отряды боевиков пробира­лись в тыл наших подразделений. Группе спецназа была поставлена задача устроить засаду. Ночь выдалась темная и тревожная.

Дудаевцы не ожидали встретить здесь спец­назовцев. Обнаружив капкан на доселе без­ опасной тропке, они открыли огонь из всех стволов, завязалась ожесточенная пере­стрелка.

В ходе боя бандиты повредили бронетранспортер, был тяжело ранен наводчик пулемета. Обстановка осложнялась с ка­ждой секундой, ситуация угрожающе меня­лась не в пользу «рысей’’.

Поняв, почему за­ молчали пулеметы бронетранспортера, по­чувствовав свое превосходство, дудаевцы налегли с четырех сторон. Выручил всех Александр Галле.

Оказав помощь раненому товарищу, он сел на место наводчика, при­ цельным огнем рассеял нападавших, а спец­назовцы забросали боевиков гранатами. По­том сержанту удалось завести поврежден­ный бронетранспортер и вывезти раненых товарищей с поля боя.

Вот такая выдалась ночка для Саши Гал­ле накануне его дня рождения. Ему исполни­лось девятнадцать лет.

Из представления к награждению:

«29-30 ноября 1995 года при проведе­нии специальной операции в н. п. Подгор­ное в ходе боя БТР сержанта Галле А.Ф по­лучил повреждение. Не оставив места боя. под шквальным огнем боевиков сержант ус­транил неисправность и продолжал выпол­нять поставленную задачу. При повторном повреждении БТРа, получив ожоги различ­ной степени тяжести, покинул горящую ма­шину и продолжал уничтожать боевиков из автомата”.

…В марте 1996 года сержант Галле нахо­дился в составе штурмовой группы по ликви­дации боевиков в Октябрьском районе Гроз­ного. В ночь с 6-го на 7-е под интенсивным огнем трижды прорывался из района боев в Ханкалу, вывез на БТРе более 20 раненых и погибших военнослужащих.

Боестолкновения были интенсивными.

То тут, то там наши штурмовые группы и “санитарные” бронетранспортеры натыка­лись на засады и небольшие отряды бое­виков, завязывались перестрелки. В один из дней, когда бэтээр Саши до предела был загружен ранеными и телами погиб­ших бойцов, они попали в ловушку. Завя­зался бой. От маневрирования боевой ма­шины тело погибшего майора, которое вы­нуждены были положить на “реснички” (броневые плиты, закрывающие передние смотровые окна), стало сползать и засло­нило окно водителя.

Галле остановился и высунулся в люк. В это время по броне градом забарабанили пули. Только прибыв в госпиталь, Саша увидел, что несколькими сантиметрами выше головы пуля прошила его шлемофон.

Одни боевые машины возвращались с задания только спустя несколько часов, дру­гих в местах дислокации так и не смогли до­ждаться и выезжали на поиски. Александр на своем БТРе не мог пробиться на базу более суток.

В дневнике его друга Алика Богатыре­ва сохранилась запись:

«8. 03. 96. …Бой, стрельба раненые — вот так мы провели день. До обеда все стих­ло, горели дома, пахло гарью, чувство такое, словно в аду. Мы вышли во двор. Солнце гре­ло по-весеннему, будто чувствовало: день-то какой, 8 Марта.

Вдруг снова выстрелы, грохот. Мы бро­сились к оружию, думали, опять «чехи» на­пали. Три “броника», выбив ворота, врыва­ются на территорию. Смотрю, наша броня. 218-й, цел и невредим. Вот сукины дети, вырвались все-таки из ада. А после я запла­кал. Может ведь такое чудо свершиться — их уже похоронили, а они живые. Я обнял Ильшата и Сашу, были слезы радости, чис­тые и бескорыстные. Счастливей нас не бы­ло на свете”.

Их уже причислили к погибшим, за них выпили рюмку водки, налили по полной и тем, кто не вернулся. Но на этот раз им не су­ждено было погибнуть. Они пришли и с моло­дым задорным смехом выпили свою поми­нальную чарку. А еще говорят, кого при жизни хоронят, тот век проживет. Век оказался недолгим…

В тот роковой день для обеспечения ин­женерной разведки на участке Джалка — Хан­кала выехало два бронетранспортера со спецназовцами. По железной дороге должны были проследовать поезда с личным соста­вом и боеприпасами.

У командования группи­ровки основания на разведку были более чем веские. Это место облюбовали боевики для терактов Здесь был подорван эшелон, потом обстреляна колонна военной техники. Сапе­ры выезжали сюда на разминирование не раз и извлекали десятки килограммов смертоно­сных железок.

Местность была знакомой. Солдаты за­ метили, что куда-то исчез небольшой мостик — настил из досок через ручей. Галле уве­ренно направляет свой БТР к переезду. Яма, залитая водой, не препятствие для такой мощной боевой машины. Да и Саша мастерски владел своей специальностью. Медлен­ный спуск и рывок на полных газах, чтобы выбраться на противоположный берег. И вдруг — ослепительная вспышка, грохот, свист осколков, столб пламени и воды.Спецназовцев и саперов сбросило с брони.

Фугас взорвался под левым передним коле­ сом. и вся его сила пришлась на водителя.

Теряя сознание. Александр вывел броне­ транспортер в безопасное место. Ранение оказалось смертельным, он умер на руках своих товарищей. Наводчик Ильшат Усманов вспоминал, что пока билось сердце Саши, работал и двигатель бронетранспортера. Ко­гда Саша перестал дышать, двигатель, не­ сколько раз чихнув, заглох. Завести его больше так и не смогли…

Этот бронетранспортер Александр отре­монтировал сам. Долгое время ржавая, раз­ укомплектованная “железяка” врастала в зе­млю у забора. Саша заприметил его и каж­дый день надоедал командирам: “Разрешите мне его восстановить». Разрешили.

Сержант долго колдовал над ним, но все-таки вернул к жизни. Относился к нему как к живому су­ществу. Даже в письмах домой писал: *Я и мой бэтээр». Из многих переделок выходили они вместе, много раз жизнь спецназовцам спасали. И от одного фугаса погибли оба.

Позже двигатель с бронетранспортера сняли, переставили на другую машину. А са­му бронированную коробочку, как не подле­жащую восстановлению, решили бросить в Чечне. Но офицеры и солдаты отряда “Рысь” настояли на том, чтобы привезти БТР домой и установить как памятник.

Жених Оксаны работает на станции Новосибирск-Главный. В один из дней он уви­дел прибывший из Чечни состав. Подошел, расспросил ребят, нашел спецназовцев из “Рыси”. Те показали Сашин бронетранспор­тер. Георгий сел в такси и поехал за Оксаной.

Она тогда в магазине работала, набрала уго­щений для солдат — и на станцию. С душев­ным трепетом и слезами на глазах залезла в бронетранспортер. Там все оставалось так, как было в день гибели брата: лежал Сашин шлемофон, бинокль, пачка промокшей “При­мы’ , автоматный патрон и последнее письмо от Оксаны, которое Саша успел прочитать…

Накануне годовщины гибели сержанта Александра Галле в Красный Яр приезжали спецназовцы отряда “Рысь». На могиле по­гибшего товарища они установили памят­ник. Деньги на него собирали всем миром: пускали шапку по кругу, устраивали показательные выступления по рукопашному бою из местной воинской части выделили духо­вой оркестр, помогли накрыть поминаль­ный стол.

В любое время приезжают в поселок бывшие сослуживцы Александра Галле, кто проездом, кто специально, поклониться мо­гиле однополчанина. Лучший друг Саши Алик Богатырев пишет часто, Фридриха Фридри­ховича и Надежду Александровну считает и своими родителями.

Последнее письмо он закончил словами: «Дорогие мои мама и па­па! Я вам хочу сказать спасибо за Сашку, мо­его брата. Такого у меня больше не будет. Ваш сын Алик…

Иван МУЧАК.
Журнал Братишка № 2 2002

Чеченская война - Война в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства