Эркебек Абдулаев. Человек из разведки.

Эркебек Абдулаев. Человек из разведки.

 Люди, и Нравы

Эркебек Абдулаев по-прежнему говорит о Киргизстане: «мы», «у
нас», «наши». Хотя вот уже два десятка лет место его постоянной прописки
— город Москва, а в кармане — паспорт гражданина России.


Имя «товарища Бека» (как звали его афганские коллеги) стало широко
известно в начале 90-х, когда подполковник Абдулаев, уйдя в запас, издал
свою первую книгу «Позывной — Кобра» — о некогда самом засекреченном
спецподразделении КГБ «Вымпел». На родине с тех пор он появлялся не раз —
причем в самые кризисные моменты ее истории. Успел нажить здесь
могущественных врагов и обрасти шлейфом скандальных слухов.




Недоброжелатели зовут его «русским шпионом». Но Абдулаев, человек с
юмором, не обижается и ничего не опровергает. Даже добавляет: «Я еще и
профессиональный диверсант!» Очередное его появление в Бишкеке после
трехлетнего отсутствия так и осталось бы достоянием узкого круга лиц.
Если бы Абдулаев не «засветился» на публике, приняв в качестве эксперта
участие в недавнем круглом столе, посвященном, что примечательно,
очередному кризису в Киргизстане — на сей раз криминальному.


Попался — отвечай! Вопросов к легендарному Беку у нас, разумеется, возникло много.




— Эркебек Сагынбекович, признайтесь: вы в самом деле — шпион? Бывших разведчиков ведь не бывает?


— А я и не скрываю, что занимаюсь разведкой. Подчеркиваю — разведкой, а не шпионажем.


— Большая разница?


— Шпион в обычном понимании работает против страны пребывания. А с
какой стати я буду действовать во вред своему государству, Киргизстану, —
куда рано или поздно вернусь?!


— А на кого тогда работаете?


— Ни на одну разведку мира — это точно. Скорее, на себя. Занимаюсь
журналистикой, пишу книги. Читаю лекции в Академии ФСБ. Помимо теории,
веду и практические занятия — со спецназовцами разных ведомств. Еще на
общественных началах работаю в двух очень серьезных организациях. Шефы
(я их уважительно называю «дедами») — мои давние знакомые и учителя.
Генерал-полковник Ивашов Леонид Григорьевич, бывший начальник Главного
управления международного сотрудничества минобороны России — ныне
вице-президент Академии геополитических проблем РФ. Это — общественное
объединение, куда входят более 150 человек самых разных профессий —
дипломаты, журналисты, ветераны разведки. Другой




Ю.И. Дроздов (Серию публикаций о нем, и о теме, смотрите ниже
: )




«дед» — Юрий Иванович Дроздов, бывший резидент в США и Китае, начальник управления «С» (нелегальной разведки КГБ),
основатель группы «Вымпел» — сейчас президент аналитического центра
«НАМАКОН». Это — коммерческое предприятие, занимающееся исследованиями и
выработкой рекомендаций по заказу разных структур, в т.ч. и
правительства России. Большого секрета не открою — бумаги от «НАМАКОНа» часто ложатся на стол Путину. И к мнению «деда» ТАМ серьезно прислушиваются.




— А вы в Бишкек с какой целью пожаловали? «Деды» послали?


— Я — человек вольный, приехал сюда собирать материал для будущей книги. В Киргизии сейчас — очень интересно!


— Лукавите, Эркебек Сагынбекович…


— Есть, конечно, и обеспокоенность ситуацией в республике — и лично
у меня, и у моих друзей. Мы заинтересованы в сохранении здесь
стабильности. Понадобится помощь — окажем. Возможно, придется вмешаться в
«процесс», но хотелось бы, чтобы государство реагировало само. У власти
всегда найдется нужный рычаг. Оружие выбирается в зависимости от
политической ситуации, но весь арсенал должен быть наготове.


— Каким, интересно, способом вы можете «вмешаться»?


— Я не только разведчик, но и специалист по нанесению вреда. И
поэтому могу показать места, где можно Киргизстану навредить, — а
значит, где нужно поставить «блокираторы». Вот так, если коротко.


— И откуда исходит угроза №1? Стоит ли, скажем, ждать вооруженного вторжения извне?


— Это — старый шаблон, по которому до сих пор мыслит большинство генералов. Зачем вторгаться иностранной армии? Группа из 10-20 человек в состоянии парализовать жизнедеятельность региона с населением в миллион человек! И вы даже не поймете — что случилось и кто это сделал. Таким был, например, «Вымпел», где я имел честь служить.








ЛИЧНОЕ ДЕЛО:


Эркебек Сагынбекович Абдулаев, 53 года.
Родился в Таласской области. Первая специальность — экономист. Вторая —
контрразведчик. Третья — разведчик специального назначения.


В 1980-82 гг. служил в территориальных органах КГБ Киргизской ССР, в
1982-90 гг. — в группе специального назначения «Вымпел». Участник
боевых действий в Афганистане и спецопераций в Закавказье (Баку,
Тбилиси, Карабах).


До 1992 г. — на преподавательской работе в Академии Службы внешней
разведки РФ. Работал также в НИИ спецтехники МВД РФ, спецкором, военным
консультантом и главным редактором в различных московских изданиях.
Посещал в различных качествах «горячие точки» — Чечню, Баткен,
Афганистан.


Профессор Академии геополитических проблем РФ, автор нескольких книг и фильмов.








— Кстати, расскажите, что это такое?


— Группа специального назначения внешней разведки КГБ, создана в
1981 году — с учетом первого опыта в Афганистане. Действовать она, как
задумывалось первоначально, должна была за пределами СССР в любой точке
мира. Оперативно-боевое подразделение. Что это значит? То, что в
отличие, скажем, от спецназовцев -«волкодавов» из «Альфы», вымпеловец —
не только боевик, но и оперативник. Он еще и занимается съемом
информации и влиянием на ситуацию (чтобы противник поступил, сделал так,
как нам нужно). Ему же в подчинение переходят местные агенты-нелегалы.
Костяк «Вымпела» составили выпускники КУОСа — курсов усовершенствования
офицерского состава КГБ (название — больше для прикрытия), куда раз в
год направлялись и ребята из Киргизии. Учения проводились постоянно.
Самое рядовое задание — установить, например, что производит предприятие
по такому-то московскому адресу и при необходимости вывести его из
строя. Условно, разумеется. И выводили.


— Взрывали?


— Совсем не обязательно, есть десятки других способов. Освоили и
все столицы союзных республик. В том числе и Фрунзе. Учения проходили в
условиях, максимально приближенных к боевым. Против нас работала наша же
контрразведка КГБ. Как старалась! Но чаще всего терпела фиаско. Помню,
на учениях в Ставрополье моя группа должна была по сценарию проиграть
(нас специально даже «сдавали»). Но я этого не знал и сдуру выиграл —
мины, заложенные на стратегическом заводе, не были обнаружены и
«взорвались», да еще и полковника из местного управления КГБ выкрали.
Скандал был жуткий — ведь против нас, 15-и человек, бросили 15 тысяч —
КГБ, всю милицию, воинские части, весь агентурный аппарат…


Денег на «Вымпел» не жалели. Какая техника была! Специальные рации:
набираешь сообщение, шифруешь, нажимаешь кнопку, и оно — пи-ип — уходит
в считанные доли секунды. Перехватить никто не успевает.
Контрразведчикам даже не удавалось запеленговать местонахождение нашей
рации, — хотя посредники им давали подсказки, сообщали время и район
выхода в эфир. Вот примерно что такое был «Вымпел». Сила, которая по
приказу государства могла наломать много дров. Оружие сдерживания —
такое же, как и ядерное. Не зря в 1993 году нас разогнали, «Вымпел»
убили — по указке США. Сегодня нигде в бывшем Союзе подобной структуры
нет.


В других странах есть, например в Израиле, — уже много-много лет.
Вот почему я предлагаю забыть о линии фронта. Опасность — совершенно
нестандартная и непредсказуемая — может исходить откуда и от кого
угодно. Дайте мне свободу действий, столько-то миллионов долларов и год
времени — и я захвачу Киргизстан безо всяких танков и пушек. А можно и
через 20 лет захватить. Но подходы уже будут другими — разложение
нравов, выращивание целой плеяды продажных чиновников и т.д.


— Хотите сказать, есть угрозы, опаснее даже терроризма?


— А что это такое? На меня могут обидеться и ученые, и политики, и
генералы, придумывающие новые «измы» (чтобы оправдать свое
существование), но как профессиональный диверсант считаю: «борьба с
терроризмом» — абсурд! Потому что терроризм (это наше, спецназовское,
определение) — не самостоятельная сила, а способ заставить некую
структуру выполнить свои требования. И он применялся везде и всегда,
пока существует человечество. Это — всего лишь орудие. И воздействовать
надо даже не на того, кто держит его в руках, а, грубо говоря, на
«заказчика». А им может быть кто угодно — иностранное государство,
бизнес-структура, криминал. И формы террора могут быть самыми
разнообразными. Митинг, устроенный два месяца назад на Старой площади, —
тоже ведь проявление терроризма, чистейшее.


— ?!


— Террор в переводе с латыни — «страх», «ужас». Что и случилось:
вышел некто на площадь — и все трясутся (по всему СНГ волны пошли! В
Грузии, например, спешно приняли закон, ставящий «воров в законе» вне
закона — сажать теперь можно за один лишь титул). И ведь как грамотно
все организовано! Разогнать толпу не за что, на провокации (типа захвата
парламента) не поддаются. Ведь по Конституции митинговать имеют право
все — и домохозяйки, и кримавторитеты (последнее, впрочем, еще надо
доказать). Повод есть? Есть — зверски убили брата. А эффект — получился
мощный. Это и есть психологический террор.


— Вас, прошедшего Афган, Чечню и многое что еще, тот митинг встревожил?


— Знаете, да. Потому что я увидел — власти или напуганы, или
поощряют эти требования. Я сидел перед телевизором и напрягал извилины:
что бы это значило и главное — кто за этим стоит? Пришел к выводу:
кому-то очень мешает Кулов. Отдельным чиновникам, трясущимся за свои
кресла, некоторым бизнесменам, боящимся за свои неправедные капиталы, —
заинтересованных сторон немало.


— На какое место вы бы поставили криминалитет — среди опасностей,
грозящих Киргизстану? Может ли он стать самостоятельной политической
силой, прорваться во власть?


— Сам по себе криминалитет я не считаю серьезным фактором в
политике. До тех пор, пока его не начинает кто-то использовать в своих
целях. И сегодня государство вполне способно криминальному терроризму
противостоять — и с «братками» справиться, и взять под контроль зоны.
Нужна лишь политическая воля, нужно показать — с государством шутить
опасно. Иначе отдельные представители силовых структур вынуждены будут
переходить на ответный террор. Некоторое время назад в Центральной
Америке появились «эскадроны смерти». Наркомафия распоясалась,
правительственные чиновники, полицейские начальники, прокуроры и судьи
запуганы или куплены с потрохами. И тогда отдельные полицейские
объединились. Забирают ночью мафиози, вывозят, зачитывают приговор,
всаживают из автоматов несколько сот пуль, превращая в фарш. Мафия
быстро притихла! Впоследствии вылилось это, правда, в безобразия —
«эскадроны» стали принимать заказы, пошли убийства профсоюзных боссов —
началась, короче, анархия.


— А у нас такие «эскадроны» могут появиться?


— А мы, скажу откровенно, уже стояли на пороге этого. Во время
митинга на Старой площади. К счастью, «неожиданная беременность»
рассосалась сама собой. Но если криминалитет — я сейчас говорю не о
конкретных персонах, а в принципе — выходит на тропу террора и пытается
диктовать государству свои условия, то государство имеет законное право
отвечать. Любыми эффективными методами. Вплоть до физической ликвидации.


— Законное право, говорите?


— Именно — законное. Жизнь сама заставляет пересматривать подходы.
Когда в 70-х в КГБ была создана контртеррористическая группа «Альфа»,
соответствующего правового поля тоже не было. И вот — первый захват
самолета с заложниками. Альфовец через стенку застрелил уснувшего в
кресле террориста. Его потом затаскали: «А какое ты имел право?!». Ю.В.
Андропов, наконец, на все операции стал посылать своего первого
заместителя и заместителя генпрокурора, которые на месте давали санкцию
на применение оружия. Позже появились соответствующие нормативные акты.
Результат вы видели при штурме «Норд-Оста». Когда начался Баткен,
тогдашний глава нацбезопасности Аширкулов запретил меня пускать на
войну. Но я все равно попал туда по линии ПРООН в качестве
международного консультанта по борьбе с терроризмом, привез целый
кубометр специальной литературы и нормативных актов. О том, что и как
можно делать на войне с террористами. И это, возможно, сыграло
определенную положительную роль.


Применимо к сегодняшней ситуации: президент вполне может принять
решение о ликвидации, — никого даже не ставя в известность, включая
премьера. В крайнем случае оперативно-боевую группу для борьбы с
криминальным терроризмом можно пригласить со стороны. Путин, или Буш,
думаю, Бакиеву не откажут. Тем более что Киргизия находится сразу в двух
мощных правовых полях — Антитеррористического центра ШОС и ОДКБ.


— Вам лично, кстати, физической ликвидацией террористов приходилось заниматься?


— Неоднократно — например в Афганистане.


— Вот этими руками?


— Ну, как считать, если помогал планировать операции, вручал своим
коллегам из ХАДа (афганской госбезопасности) кое-какие «изделия», — а
потом взлетали на воздух склады с оружием и ракетами, гибли моджахеды?




А как считаете, Эркебек Сагынбекович, насколько активно в Киргизстане действуют ваши коллеги из зарубежных спецслужб сейчас?




— Наша страна сегодня для них — идеальное место для отработки новых
приемов и методов тайной войны. Режим мягкий, либеральный. Преград нет.
Что такое наша СНБ, чем занимается — понять не могу. У меня на месте
зарубежных коллег-диверсантов просто руки бы чесались поиграть здесь в
игры, в какие мы когда-то играли по всему Союзу и за рубежом!




Я имею в виду подготовку к действиям на территории соседних стран
(Китая, Узбекистана, Казахстана, Таджикистана) оперативно-боевых групп,
базирующихся нелегально в Киргизии. И если их пока здесь нет, то
непременно будут.




Еще в мире появляется новое явление — «частные армии«. США, например, увязнув в Ираке, решили поэкспериментировать.
Не так давно группа серьезных экспертов прислала в Госдеп рекомендацию —
воевать с терроризмом его же методами. То есть создавать в других
странах мобильные подразделения из числа наемников. Намного выгоднее,
чем тратить огромные бюджетные средства на масштабные военные операции!


Ну а «борьба с терроризмом» — прекрасное, сами понимаете, прикрытие
для любых целей. В первую очередь для отстаивания своих экономических
интересов
.




Вопрос: кого использовать? Да кого угодно! В странах СНГ, скажем, много невостребованных вояк, прошедших «горячие точки«. Им человека убить — раз плюнуть. В Киргизии на эту роль вполне подходит все тот же криминалитет. Эти «частные армии«,
скорее всего, будут одноразовыми, а не постоянными, — иначе за ними,
почуяв неладное, начнут гоняться международные организации, запахнет
Гаагским трибуналом и т.д. И самое главное — эти отряды сами не будут
знать, на кого работают, кто их использует! А использовать их можно для
чего угодно — дестабилизации обстановки, отстрела неугодных политиков,
даже госпереворота.
(О «частных армиях» США и, в частности,
подразделениях министра Обороны США и бывшего директора ЦРУ Роберта
Гейтса, редакция делала достаточное количество публикаций, которые не
прочитать или не увидеть могли только слепые! Включая людей,
специалистов и обывателей и чиновников в Бишкеке. Прим. «Новости-kg»
)




В. Путин вручает Звезду Героя России ветерану разведки.




Главная вина Акаева в том, что он все развалил — в т.ч. и систему безопасности.




А насколько, считаете, приложили руку спецслужбы к событиям 24 марта?


— Несомненно, попытались приложить. Лишнее тому свидетельство —
появившийся в Интернете доклад посла США Янга в Госдеп. Даже если он и
фальшивый, то и в этом случае без чьих-то спецслужб не обошлось.
Другое
дело, что такого результата никто не ожидал. Режим Акаева просто
перезрел, как плод, и упал от первого дуновения ветерка! Мне в связи с
этим вспомнились учения «Рубеж-2004», на которых я присутствовал. Целый
звездопад после них обрушился на погоны наших силовиков! А на хрена?
Акаев хотел генералов подкормить. А кто из них в решающий момент
сработал в его защиту? Даже не беда, а главная вина Акаева в том, что он все развалил — в т.ч. и систему безопасности.


— Кстати, ваши московские друзья как 24 марта восприняли?


— У них самих возникла масса вопросов — ко мне. Что произошло? Кто придет на смену, кто такой Бакиев?
Я ответил: «Кто бы ни пришел — хуже уже не будет!» Должен сказать, мои
коллеги и шефы не желают нашей стране зла. Генерал-полковник Ивашов, к
примеру, родился здесь, в Сокулуке. Он настоящий патриот Киргизстана и
сделал, между прочим, для республики больше, чем все наши генералы
вместе взятые! Так что я приехал сюда помочь государству и тандему
Бакиев-Кулов, в частности. И мы, разведчики, уже кое в чем помогли, но
об этом, может быть, в другой раз.


— А насколько семья экс-президента, на ваш взгляд, влияет на
ситуацию в Киргизстане? В самом ли деле она может стоять за попытками
дестабилизации ситуации?


— Интереснейшая тема! Несколько месяцев назад она меня тоже сильно
напрягала. Со своими финансовыми возможностями они могли наломать дров. В
каждом событии я искал их след. И пришел к выводу: сам Акаев на такие
дела не способен, Айдар — слабоват. А вот Адиль Тойгонбаев — я
нарисовал себе его психологический портрет — вполне способен. Мне другое
непонятно — Адиль умчался, Казахстан его не выдает, но при этом
требует, чтобы мы задержали и выдали их оппозиционеров. На месте
генпрокурора я бы предложил: «Давайте махнемся?» Но нет политической воли. Был бы у меня оперативно-боевой отряд, я Адиля попросту выкрал бы!


— И этим приходилось заниматься?


— Когда президент Гамсахурдиа сбежал из Грузии, выяснилось: из
казны пропало столько-то денег. Обвинили в воровстве его. Один мой
хороший знакомый как раз принимал беглую президентскую чету в Армении.
Задал вопрос. Манана, жена Гамсахурдиа, в слезы: «Какие деньги?!
Посмотри на мои рваные колготки!». Потом от грузинских товарищей (а
товарищи у нас везде) узнаем: деньги увез их бывший финансовый
руководитель. Наших ребят попросили его разыскать в Москве и вернуть на
родину. Что и было сделано. Так что невозможного нет ничего — была бы
воля…


Слушать Эркебека Абдулаева можно до бесконечности. Он знает
много. И тему безопасности Киргизстана, его прошлого и будущего —
глазами профессионального разведчика — мы оставляем открытой.




Интервью вел Вадим НОЧЕВКИН




Источник: Дело-№ (delo.to.kg/2005/45/03.shtml)


FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


Добавить комментарий

Войти с аккаунтом:



Группа ВКонтакте