Правозащитник и убийца

Украинцы заставляют русских отворачиваться от их языка и менять имена. Это мировая столица абсурда?

Первые плоды независимости: Абхазы забирают квартиры у русских

Кавказ – ярмо России


В Хамовническом суде Москвы идет судебный процесс по обвинению председателя Совета правозащитного центра «Мемориал» Олега Орлова в совершении уголовного преступления — публичной клевете на президента Чечни Рамзана Кадырова. Суд хотя и Хамовнический, но не тот, где слушается дело Ходорковского и Лебедева. Дело Орлова рассматривает единолично мировой судья Галина Морозова в судебном участке № 363 на улице 1905 года.

Предыстория дела такова. В прошлом году в Чечне убили сотрудницу «Мемориала» Наталью Эстемирову. Ее похитили в Грозном 15 июля, а вечером того же дня ее труп со следами огнестрельных ранений в голову и грудь нашли в Ингушетии, в лесополосе, в ста метрах от федеральной трассы «Кавказ». Убийство вызвало всеобщее возмущение и имело огромный общественный резонанс. Выразил свои соболезнования родным Эстемировой президент Медведев. Заявили о своем возмущении министры иностранных дел Франции и Швеции. Призвал найти убийц Совет национальной безопасности США. Президент Чечни Рамзан Кадыров назвал преступление «чудовищным» и заявил, что будет лично контролировать поиски преступников. С этого момента стало понятно, что убийц не найдут.

Через несколько дней Орлов выступил на пресс-конференции в Москве, возложив ответственность за убийство на президента Чечни. В заявлении по поводу убийства Эстемировой он писал: «Я знаю, я уверен в том, кто виновен в убийстве Наташи Эстемировой. Мы все этого человека знаем. Зовут его Рамзан Кадыров, это президент Чеченской Республики». Обидчивый президент, считающий правозащитников врагами государства, обвинил Орлова в клевете. Для надежности отмщения он решил использовать сразу два механизма правосудия — гражданское и уголовное.

В рамках гражданского процесса он предъявил Орлову иск на 5 миллионов рублей. Иск был принят и удовлетворен, однако суд обязал Орлова выплатить чеченскому президенту не 5 миллионов рублей, а только 20 тысяч. Адвокат Кадырова назвал сумму компенсации смешной.

Наше уголовное законодательство с остаточными вкраплениями советского варварства предусматривает за клевету уголовную ответственность. По заявлению Кадырова против Олега Орлова было возбуждено уголовное дело. Президент Чечни был признан потерпевшим. Со стороны это выглядело довольно забавно: президент, потерпевший от правозащитника. Может быть, не желая выглядеть посмешищем в глазах серьезных кавказских людей, а может, и по какой другой причине, в феврале этого года Кадыров заявил, что из уважения к «людям в возрасте» по просьбе общественных деятелей и своей матери он готов прекратить всякое преследование Орлова. Увы, красивой позы хватило ненадолго. Сын оказался непослушным, и дело против Орлова было продолжено.

Процесс начался 13 сентября в мировом суде, где обычно слушаются дела об административных проступках и мелких правонарушениях. Президент Кадыров на судебное заседание не явился, ссылаясь на занятость. Его интересы в суде представляет Андрей Красненков. От имени государства обвинение поддерживает помощник прокурора Северо-Восточного административного округа Москвы Яна Фомичева. Олега Орлова защищает адвокат Генри Резник.

Процесс споткнулся в самом начале. Адвокат Резник заявил ходатайство об отводе представителя Кадырова Андрея Красненкова, так как последний допрашивался по делу фактически как свидетель, что несовместимо со статусом представителя потерпевшего. Судья ушла в совещательную комнату, где совещалась со своей судейской совестью часа два, а затем объявила, что ходатайство об отводе отклоняется.

Резник был удручен и заявил, что процесс начинается с грубейших нарушений закона. Кроме того, он заметил, что Красненков называет себя законным представителем Рамзана Кадырова, в то время как законные представители могут быть только у несовершеннолетних. Адвокат выразил уверенность, что президент Кадыров уже перешел порог малолетства. Сторона обвинения пропустила эти слова мимо ушей.

На традиционный вопрос, понимает ли он предъявленное ему обвинение и признает ли вину, Олег Орлов заявил, что суть обвинения ему непонятна. Он пояснил, что не обвинял Кадырова в убийстве Эстемировой, а возложил на него ответственность за это. Как на президента Чечни и гаранта соблюдения законности в республике.

Представитель потерпевшего от Орлова президента Кадырова в дискуссию не вступал и сидел молча, с загадочным видом, листая на своем столе бумаги. Недавно он публично объявил, что приготовил к процессу Орлова сенсационные материалы. Что именно, не сказал, чем сразу заинтриговал журналистов и публику. Насколько удалось выяснить, «сенсация» каким-то образом будет связана с бывшим охранником Кадырова Умаром Исраиловым, бежавшим на Запад и убитым в январе прошлого года в Вене.

В первый день судебного процесса допрашивали свидетелей обвинения, рассказывавших суду, какой хороший со всех сторон президент Рамзан Кадыров. Допрос свидетелей обвинения продолжится теперь 27 сентября. Потом будет допрос свидетелей защиты. Показаний будет много.

Но не менее интересны, чем показания свидетелей, показания самого Рамзана Кадырова. И хотя он давал их не суду, а средствам массовой информации, менее интересными они от этого не становятся. Даже наоборот. В суде он бы, пожалуй, так себя не вел. В суде он бы доказывал, что Орлов клевещет, возлагая на него вину за убийство Эстемировой. В суде он бы доказывал, что он не убийца и убийцей быть не может. А вот что он заявляет прессе.

23 мая этого года по телеканалу «Грозный» в программе «Итоги» Кадыров говорит о боевиках и их родителях: «Валлахи (клянусь Аллахом!), ваххабиты и те, от кого есть хоть малейший запах ваххабизма, будут уничтожаться. Клянусь Аллахом, если они не приведут своих детей домой, я не дам им жить на этой земле. Они должны либо привести домой своих детей-ублюдков, чтобы их посадить за решетку, либо убить их. Клянусь Аллахом! Мы даже не будем их задерживать, а просто убивать их на месте».

В интервью Анне Политковской, опубликованном в «Новой газете» 21 июня 2004 года, Кадыров признает, что отдавал приказы убивать людей.

— А приказы убивать отдавали?

— Отдавал

— Не страшно?

— Это не я — это Аллах. Пророк говорил: ваххабитов надо уничтожать».

В августе 2005 года в интервью корреспонденту журнала GQ Ксении Соколовой Рамзан Кадыров заявляет: «Того, кого я должен был убить, я уже убил. А тех, кто за ним стоит, буду всех убивать до последнего, пока меня самого не убьют или не посадят. Я буду убивать, пока жив».

В январе 2008 года в интервью Владимиру Варфоломееву на «Эхе Москвы» Рамзан Кадыров признается,  что участвовал в уничтожении ряда лиц, которых он считает причастными к убийству своего отца. После всего этого трудно не поверить воспоминаниям Натальи Эстемировой о встрече с Кадыровым, который ей угрожал и говорил так: «Да, у меня руки по локоть в крови. И я не стыжусь этого. Я убивал, и буду убивать плохих людей. Мы боремся с врагами республики».

Ни по одному из этих эпизодов Рамзан Кадыров судебных исков не предъявлял, от своих слов не отказывался. Человек, который убивает, называется убийцей. Это просто. Какие претензии к Олегу Орлову
http://ej.ru/?a=note&id=10417

Пытаться отрезать Россию от великих равнин Украины и берегов Черного моря — все равно что сносить Гималаи бульдозером, замечает обозреватель The Daily Mail Питер Хитченс.

«Вообразите, что было бы, если бы по велению Брюсселя Великобританию раскололи, а Девон и Корнуолл передали под власть Уэльса», — предлагает автор читателям газеты. «Королевскому ВМФ, сильно уменьшенному и переименованному в Английский флот, велят делить Плимут с новым Флотом Уэльса — если вообще разрешат там базироваться. Кинотеатры Плимута и Эксетера заставят дублировать все фильмы на валлийском языке, в школах будут преподавать антианглийскую историю, детей вынудят учить валлийский», — живописует автор.

«Вы скажете: «Полный бред. Немыслимо». И будете правы. Но нечто очень похожее произошло в бывшем СССР, и нам положено думать, что это перемена к лучшему, так как Россия — официально нехорошая страна и ее бывшие покоренные народы, следовательно, автоматически добродетельны», — пишет автор. «Помните разговоры о «новой холодной войне», в которой злодейка-Россия была врагом, а «мы», Евросоюз, собирались распространить «нашу» власть вглубь бывшей советской территории?» — вопрошает он. По мнению автора, если новая холодная война и идет, то Запад ее проигрывает, так как «наша сторона» заблуждается и неправа, и всегда было абсурдом пытаться отрезать Россию и русских от великих равнин Украины и берегов Черного моря».

Британские газеты полны страшилок о России, но на деле независимости Британии угрожает Евросоюз, а миру и благоденствию — некие местности намного восточнее России, считает автор.

«Мне всегда казалось, что уничтожения старой коммунистической империи зла было вполне достаточно. Зачем нам после этого понадобилось тыкать Россию носом в грязь? Русские — древний гордый народ и в большинстве своем не хотели быть коммунистами», — пишет автор. По мнению Хитченса, после падения коммунистического режима Запад обращался с Россией невероятно глупо и неуклюже: «Наша алчность и наше запугивание раненого медведя породили Путина и его темное коррумпированное государство». Запад расширял НАТО на восток, «наводнил Россию жуликами и беспринципными бизнесменами и назвал этот позор «демократией», пишет автор. И после этого мы удивляемся, почему она им не нравится! И все же среди американских и британских экспертов модно поддерживать самозваные народные революции в столицах государств, сопредельных России, замечает он.

Судьба Севастополя — пример идиотизма во внешней политике Запада, считает автор. Теоретически, если новая холодная война станет горячей, флоты РФ и Украины, которые соседствуют на базе в Севастополе, должны воевать между собой. Российские и украинские военные моряки в Севастополе общаются между собой по-русски, отмечает автор. Однако еще несколько месяцев назад городские кинотеатры обязали по закону дублировать все фильмы на украинский язык. «От этой практики отказались только потому, что кинозалы пустовали», — пишет автор. В школах история Украины часто подается с антироссийским оттенком. «Особенное раздражение вызывает героизация украинского партизана 1940-х годов Степана Бандеры. В советской истории он слыл беспринципным бандитом и пособником нацистов», — пишет автор. Поэтому многие русские жители Севастополя устраивают детей в русскую школу, построенную и финансируемую Москвой.

Еще более смехотворной автор считает ситуацию, в которую попал отставной контр-адмирал Владимир Соловьев. «Когда этот гордый россиянин недавно попытался получить вид на жительство, чтобы уйти на пенсию в Севастополе, ему сказали, что ему насильно дали украинское гражданство — и теперь он Володимир, а не Владимир. Он прошел огонь, воду и медные трубы, чтобы снова получить российское гражданство, и теперь вынужден раз в три месяца выезжать за границу — иначе его оштрафуют», — пишет автор. Соловьев говорит, что заставлять смотреть фильмы на украинском — это слишком. «У нас есть право, чтобы наши дети выросли с образом мысли русских, писали бы и говорили по-русски, как русские», — убежден контр-адмирал.

Автор статьи также побывал в Горловке в Донбассе и нашел, что этот город агонизирует, так как предприятия отрезаны от российских рынков. Вывески в Горловке — на русском, свидетельствует Хитченс, газеты в киосках — на русском, радио в кафе настроено на русскую станцию. «Подозреваю, люди надеются на будущее, которое будет связано с Россией, и рассчитывают на него», — резюмирует автор.

Источник: http://www.inopressa.ru/article/27Sep2010/dailymail/ukraine1.html

 Забавно, что в нашей, мягко говоря, несентиментальной стране есть вещи, которые замечать… не принято.

И пусть «стыдные проблемы» бросаются в глаза, сверлят сердце, мучают совесть,  пусть в конце концов они распухают до неприличных  размеров… Все равно говорить о них как-то неприлично, как-то недостойно, как-то несвоевременно…

По-абхазски это звучит четко как табу — «пхащароп»… Забавное слово. О его гордом смысле, символизирующем честь абхазской нации, я размышлял под тихую колыбельную волн набережной Сухума.

БРАТСКОЕ ДОНОРСТВО

Абхазия умиротворяла, она улыбалась небом, ласкала морем. Даже день моего приезда в Сухум комфортно совпал с праздником единения братских народов. На центральной площади  гремел концерт в честь второй годовщины признания Москвой независимости. Вокруг на автомобилях носились джигиты, размахивающие  пятипалым флагом (открытая ладонь — открытая душа молодой республики). Даже отсутствие на праздничных улицах российского триколора (я насчитал ровно один флаг — на центральной сцене) казалось простительным. По-великоросски благородно рассуждая — ну что с того?! Маленький 80-тысячный народ, способный  компактно разместиться на стадионе «Лужники», переживает бурный ренессанс. Он государственно юн, по-кавказски горд, по-южному патриотичен… Прекрасно! Не могут же абхазы забыть, как северный сосед сражался за свободу их республики и что теперь для Абхазии значит Россия (70 процентов бюджета ИНОСТРАННОГО государства — деньги российских налогоплательщиков, остальные 30 — прибыль от российских же туристов).

По справедливому замечанию моего коллеги из Агентства политических новостей Андрея Епифанцева, даже с точки зрения экономики Россия для Абхазии как мать родная. В великосветском обществе наших губернаторов, например, почему-то стало модным оказывать за счет областной казны шефскую (т. е. безвозмездную) помощь молодой республике. Правда, несмотря на всевозможные преференции, государственный долг этой крохотной  страны (понятное дело, перед кем) за два года независимости достиг аж трех миллиардов долларов. Формально говоря — каждый абхазский гражданин уже задолжал России 15 тысяч. Формально — потому что вернуть такие деньги абхазы не смогут, даже если вдруг захотят: зарплаты здесь редко превышают 250 долларов… Хотя к чему эти подсчеты! Здесь все граждане России, все свои…

Сухум, ты свидетель, я стараюсь быть пхащароп!

Но извини, дорогой, эти бумаги жгут руки…

«ОТКРЫТАЯ РУСОФОБИЯ НА БЫТОВОМ УРОВНЕ»

(Из письма посла России в Абхазии Семена Григорьева президенту Сергею Багапшу.)

«Ваше превосходительство, уважаемый Сергей Васильевич, российская сторона с пониманием относится к тому, что власти Республики Абхазия в целях сохранения абхазского этноса (запомните эту роковую строчку. — В. В.) были вынуждены принять ряд законов, направленных на защиту имущественных интересов населения страны. Однако в то же время от этих мер незаслуженно пострадали российские граждане, вынужденно покинувшие свои жилища… Кроме того, имеются обращения российских граждан, постоянно проживающих на территории Республики Абхазия, в отношении которых уже в настоящее время предпринимаются незаконные попытки лишить их права собственности на принадлежащее им имущество, на некоторых из них оказывается явное давление с целью вынудить их покинуть республику… Многие заявители указывают на нарушение их прав, которое проявляется иногда… в открытой русофобии на бытовом уровне со стороны новых владельцев их жилищ и отдельных представителей судебных и административных органов».

А вот и другая бумага (сухумский ветер возмущенно рвет ее из рук). Она, конечно, написана  сумбурно. Но, учитывая, что 20 авторов этого письма президенту Дмитрию Медведеву в отчаянии подали недавно в суд… на МИД РФ (его обвиняют в бездействии), это, конечно, не документ. Это крик.

«Почему им (абхазам. — В. В.), имеющим гражданство России, безнаказанно позволено грабить, захватывать чужую собственность, убивать, заниматься фальсификацией, мошенничеством и подлогом? Граждане Абхазии, захватившие наше жилье и собственность, не несут за это ответственности ни как граждане Абхазии, ни как граждане России… Россия защищает Абхазию жизнью своих сыновей, наших детей. Кто защитит нас, русских и русскоязычных граждан?  Признавать (независимость Абхазии. — В. В.), защищать ее мы, Россия, можем. Огромные денежные вливания делать можем. А остановить беспредел в отношении русского населения — граждан России мы не можем?»

Я долго и недоверчиво перечитывал: «беспредел», «грабить», «убивать»… И все меньше в это верил.

Потому что в жилищных делах черт ногу сломит. Потому что самые хорошие люди в  судебных тяжбах так сатанеют, что готовы на любые фантастические обобщения. Потому что это Абхазия, а не Турк-мения (времен русофоба Туркменбаши), черт побери…

Но чем больше я узнавал об обратной стороне ласковой Абхазии, тем больше понимал моего сухумского друга.

— Ты с ума сошел?! — страдал он. — Нельзя об этом писать. Зачем нам ссориться?!

ОШИБКА АРДЗИНБЫ

То, что в Абхазии беспардонно отбирают жилье у зазевавшихся граждан (местная пресса стыдливо называет их русскоязычными), на самом деле было известно давно. Еще с тех романтических послевоенных времен, когда абхазы писали краской на покинутых грузинами домах «занято».

Конечно, не всем это давалось так просто.

— Мне было стыдно, — открыл мне как-то душу один абхазский ветеран-орденоносец. — Я музыкант, и в труппе играли мои друзья-грузины… Но их родня сожгла мой дом, и я считаю, что имел право поселиться в их доме… (Вздыхает.) А сейчас мне обидно. Надо было занять хотя бы три…

Кстати, арифметика подтверждает — именно три. В перестроечной Абхазии на каждого «титульного» жителя приходилось по три грузина. И когда в курортном раю началась межэтническая бойня, многие очень хорошо поняли ситуацию.

Жительница Сухума Надежда Венедиктова вспоминает эти лихие времена со свойственной правозащитникам отрешенностью. Сначала к ней в квартиру с пистолетом ворвался сосед-грузин и выгнал ее на улицу. Затем Сухум взяли абхазы, и ей пришлось наблюдать за тотальным переделом собственности.

— Думаю, первый президент Владислав Ардзинба сделал чудовищную ошибку, заявив, что каждый волен занять любой опустевший дом, — вспоминает она. — И абхазов, кстати, это сильно испортило. Хватали и тащили все! К концу войны у многих по пять — семь домов было.
Волшебная природа Абхазии делает драгоценным каждый метр ее земли.
Волшебная природа Абхазии делает драгоценным каждый метр ее земли.

Тогда хаос не щадил никого.

— Я знаю русскую женщину, чьих родителей бандиты просто расстреляли на пороге квартиры. Ей пришлось уехать в Эстонию — она пыталась, конечно, бороться, но здесь это бессмысленно и опасно, — вспоминает один из авторов иска против российского МИДа Валентина Коваленко. Ее дом был также экспроприирован в 1994 году. История типичная. Вот уже 10 лет она обивает пороги сухумских судов, ставя местную Фемиду в щекотливое положение. У жалобщицы все документы на собственность, заверенные властями Абхазии, но суды каждый раз принимают удивительные решения. Сначала решают: дескать, все правильно, квартиру надо бы освободить. Затем выносится протест.

— Когда дело дошло до Верховного суда, мой адвокат-абхаз отказался от дела, — вспоминает Коваленко. — Сказал честно: консультировать, помогать буду, но в Верховный не пойду.

— Почему?   

— Но это ж так просто, — удивляется Валентина. — Народ маленький — все друг другу или родственники, или земляки, или друзья друзей! Входят в положение, договариваются. Поэтому за одно и то же преступление «пришлый» получает на полную катушку, а «местный» — условно. Адвокат-то, может, и хороший человек, но против своих идти глупо, ему здесь еще жить…

И вот недавно Верховный суд вынес еще одно феерическое решение. Сославшись на то, что за квартиру платил не умерший к тому времени жилец, а его вдова, он признал оплату квартплаты незаконной. Суд отправил дело на новое рассмотрение с интересной рекомендацией: впредь руководствоваться не распоряжением № 344р администрации Сухума о запрете «выдачи документов для последующей передачи в суд о признании квартир и домов, принадлежащих русскоязычному населению, бесхозными» (этот совестливый документ был отменен президентом Багапшем как антиконституционный почти сразу после признания Россией независимости), а постановлением народного собрания Республики Абхазия. Оно гласит:

«Пользуясь существующими пробелами в жилищном законодательстве… прежние владельцы жилых помещений, проживающие за пределами Абхазии, стали обращаться в судебные органы, что приводит к бесконечным судебным тяжбам, нарушению права граждан Республики Абхазия на жилище…»

Далее народное собрание решает впредь такие иски «неграждан» к «гражданам» не рассматривать вообще, так как это нарушает права абхазов. Вот так открыто, честно, как ладонь на флаге.

Не правда ли, забавное законодательство. Ну прямо-таки специально заточенное под комфортную жизнь человека с пятью «завоеванными» квартирами…

И, кстати, вполне логичное. По мнению Надежды Венедиктовой, именно из-за жилищного вопроса абхазская элита не очень-то и хочет признания независимости Западом. Тогда придется менять свои доморощенные законы на цивилизованные, да и зловещая тень Гаагского суда пробежит по дефицитной абхазской земле…

Но для русскоязычных жителей Абхазии эти дела первой волны экспроприации пусть беда, но беда уже старая, привычная. Самое печальное, что сразу после признания  независимости Абхазии на русских обрушилась вторая волна. 

«ЕЗЖАЙТЕ ВЫ В СВОЮ МОСКВУ»

В начале статьи я цитировал удивительно смелое для дипломата письмо российского посла Семена Григорьева. Наконец-то МИД поставил руководство Абхазии в известность — отъем квартир и домов у русских, греков, армян и других народов в последние годы приобрел уж совсем зловещий характер.

По осторожным оценкам самого посла, общее количество «квартирного грабежа» русскоязычных в Абхазии ограничивается тысячью случаев. По оценкам правозащитников, пятью тысячами, абхазские адвокаты говорят честно — не меньше десяти тысяч.

— Подсчитать невозможно, но масштабы большие — только из одного города мне пришло три сотни писем от лишившихся жилья греков, — рассказал мне один абхазский адвокат. — Я съездил в один поселок, поговорил с соседями, а они дома этих греков на себя переоформили. Один сосед на суде лжесвидетельствует, помогает приятелю оформить «брошенный» дом, тот в благодарность делает то же самое, так и попилили собственность…

Правда, адвокат считает, что жилье отнимают все реже.
Сухумская правозащитница Надежда Венедиктова у двери очередной захваченной мошенниками «русской квартиры».
Сухумская правозащитница Надежда Венедиктова у двери очередной захваченной мошенниками «русской квартиры».

Но бывшая жительница Сухума Надежда Шевченко, недавно лишившаяся квартиры, наоборот, считает, что при президенте Ардзинбе был хоть относительный, но порядок. А новый квартирный передел начался пять лет назад, когда и цены на недвижимость подскочили, и коррупция зацвела.     

Кстати, именно случай с  Шевченко признан образцово-показательным примером второй волны, которая в отличие от первой вымывает русскоязычных из Абхазии нежнее, но более тщательно.

В один чудесный абхазский день Надежда случайно узнала, что ее четырехкомнатная 100-метровая сухумская квартира уже как два года… ей не принадлежит. А началось все с того, что в 2005 году Надежда повезла маму на лечение в Москву. Тут же в жилуправлении некто Гварамия и Зухба изготовили справку о смерти матери. Суд на скорую руку признает жилплощадь бесхозной. Жилищная комиссия без всякой очереди распределяет четырехкомнатную квартиру  20-летнему жителю города Гудаута, тот мгновенно продает ее некоему Джогуа (в составе жилищной комиссии, кстати, заседал человек с такой же фамилией). А дальше все происходит по-абхазски  благородно. Суд признает Джогуа добросовестным покупателем и новоселом (его веселые рабочие уже заканчивают ремонт), Гварамия и Зухба признаются виновными в служебном подлоге, но получают условный срок и возможность работать в жилконторе и дальше. А Шевченко Верховный суд заявил:  сочувствуем, но такие в Абхазии законы. Езжайте-ка, дескать, в свою Москву…

И едут. Кто-то оставил квартиру на месяц и, возвращаясь, обнаруживает чужую железную дверь. Кто-то идет на рыбалку, после чего застает в квартире ораву вооруженных отморозков, дающих ему 24 часа на сборы…

СПЕКТАКЛЬ ДЛЯ РУССКИХ ИЛИ ОБОРОНА ОТ ГРУЗИН?

И вот тут-то надо отдать должное нашему посольству в Абхазии. Когда количество жалоб оптимистов, все еще бодающихся с абхазским правосудием, приблизилось к сотне (сейчас их 120), дипломаты перешли к решительным действиям. В декабре прошлого года МИД РФ предложил абхазам создать специальную совместную комиссию. Тот же вопрос обсуждался в феврале с Багапшем. Затем был визит президента Медведева в Сухум, где Москва четко поставила перед  абхазами «квартирный вопрос». Не сложилось.

Но посольство не успокаивалось и генерировало обращения, сигналы, ноты, напоминающие о «незаслуженно пострадавших»…

Выглядело это впечатляюще. Российская сторона писала по-европейски галантно:

«Министерство иностранных дел Российской Федерации пользуется случаем, чтобы возобновить Министерству иностранных дел Республики Абхазия уверения в своем весьма высоком уважении».

Абхазская же сторона отвечала изредка, сухо, независимо: дескать, получили — рассмотрели — не нашли оснований. «Условиями, способствующими возрастанию числа заявлений граждан Российской Федерации о нарушении их жилищных прав, является их заблуждение относительно прав административных органов в разрешении жилищных споров», — писал руководитель президентской администрации В. Аршба.

Но Москва упорствовала. Она предложила Сухуму проект концепции совместной российско-абхазской комиссии.  Предлагалось решать проблему просто — эксперты обеих сторон будут принимать решение по каждому конкретному случаю, «не допуская дискриминации по признаку пола, расы, национальности, языка, происхождения и т. д.». 

Думаю, вот эта фраза и стала роковой. Кто-то слил проект в абхазскую прессу, и она взорвалась.  Ну как же — вот она, легальная возможность возвращения грузинских беженцев с российскими паспортами!

И премьер Абхазии Шамба резко ответил Москве:

«Документ приняли в администрации президента, там его посмотрели, сочли, что нет смысла его обсуждать, и отправили в архив».

То есть если очень-очень мягко перевести с дипломатического — Москву невежливо поставили на место.  

— То, что произошла утечка, сильно повредило процессу обсуждения, — стоически заметил посол Григорьев, который, как мне показалось, был сильно обескуражен. — Честно говоря, мы рассчитывали на конструктивное обсуждение документа.

— У Багапша просто не было другого выхода, как поглубже закопать московскую концепцию, — убеждал меня бывший депутат парламента, а ныне адвокат Тамаз Кецба. — Если грузинам предоставят хоть один шанс вернуться — правительство сметут! 

— Врут они про грузин! — настаивает Валентина Коваленко. — Это спектакль. Они не хотят менять свои мутные порядки, им ничего не хочется возвращать. Они отбирают жилье у русских, чтобы потом им же его и сдавать…  

И тут я вспомнил, как отнимали квартиры у Ильинской и Гогачиладзе (русской, носящей фамилию мужа). Работали мошенники по стандартной схеме, но в итоге хозяевами квартир оказались интересные люди — 18-летний сын зам. главы президентской администрации Вячеслав Каждая и дочь главы той же администрации Аршбы. Того самого, который снисходительно писал российскому послу насчет «заблуждений граждан».

ЗАЧЕМ РОССИИ ВСЕ ЭТО?

Думаю, абхазское и российское правительства сейчас стоят перед трудноразрешимыми задачами, о которых мало кто говорит.

Комментаторы лишь иногда стыдливо намекают на  взлелеянный войной абхазский национализм — когда 80 тысяч абхазов (а по некоторым данным, их намного меньше) не только желают быть независимыми, но и  ревниво хранят свою титульность (то есть право быть начальником) от населяющих страну народов. 

Пути решения, казалось бы, благородной задачи во что бы то ни стало сохранить абхазский этнос тоже вызывают сомнения.    

— Уже сейчас абхазы в Абхазии составляют не больше трети населения, треть — грузины и треть — все остальные, — заметил недавно бывший кремлевский чиновник, а ныне глава информационного агентства «Регнум» Модест Коллеров. По его словам, «Абхазия всегда будет отдельным государством со своей отдельной и очень амбициозной бюрократией, замешенной на успешной борьбе за национальное освобождение… и с течением времени этнографический характер действующей власти в Абхазии будет нарастать, поскольку демографическая картина меняется очень быстро».

— Это даже не то чтобы отложенный конфликт, — замечает Коллеров. — Это конфликт завтра.

 Но Россия принимает Абхазию такой, какая она есть. Как говорят в минуты откровений прикомандированные здесь военные, пусть они там, в Сухуме, хоть на голове ходят, нас интересуют только базы и вечная борьба с НАТО. А оно, как известно,    спит и видит американские ракеты в 20 километрах от беззащитного олимпийского Сочи.

Видимо, Москва считает, что так и положено уважать суверенитет зависимой от нее республики. Это как давать ребенку карманные деньги и надеяться, что на доверии он быстрее повзрослеет…

И справедливо говорит посол Григорьев: «Мы же не можем оспаривать нормы абхазского законодательства!», имея в виду, кстати, не только «квартирный вопрос», но и уникальный запрет на продажу недвижимости негражданам Абхазии. То есть купить ее легко (предложений море!), но оформить можно только на абхазского гражданина. А гражданин подвержен искушениям и порокам. Благо местное законодательство им потворствует и как будто специально держит жилищный рынок в подполье, словно золотой запас, который в случае чего так легко экспроприировать.

Так «белорусским способом» Абхазия защищается от вторжения российского бизнеса, так без жилья остаются российские граждане. Да и самой республике национальный «изоляционизм» выходит боком — несмотря на 17 лет суверенной жизни, часть Абхазии до сих пор находится в руинах. И не только потому, что война была жестокой, просто  восстанавливать  бессмысленно. Кто захочет вкладывать деньги в то, что завтра может быть оспорено в удивительном абхазском суде? А главное — даже самые отчаянные инвесторы из России не рискуют сюда «заходить» — откаты по слухам доходят до 50 процентов, и никакой гарантии сохранности бизнеса. 

И в воздухе виснет немой, но неприятный вопрос: зачем Москве содержать все это? 

Мне показалось, что экс-премьер республики, а ныне вице-президент Александр Анкваб все это хорошо понимает. И говорит предметно. 

Он выкладывает на стол толстые папки с подробным анализом абхазскими юристами жалоб российских граждан. Получилось: обоснованных — 15, необоснованных — 40.

— Я вам первому расскажу о своей идее решения этой проблемы, — говорит Анкваб. — В рамках договора между прокуратурами мы создадим совместную комиссию. И она решит, какое из заявлений россиян обоснованно.

— А как вы вернете жилье? — спрашиваю.

— Государство будет ответственно.

— То есть за счет бюджета… — киваю я, обрывая себя на полуфразе. А ведь хотел сказать невежливую правду — «то есть за счет российского бюджета».

Ох уж этот пхащароп… 

P. S. Идея вице-президента Анквабы, призванная смягчить дипломатический скандал, не была одобрена руководством республики. Оно решило создать комиссию без привлечения российских специалистов. Посол РФ Григорьев  будет приглашен лишь на объявление результатов работы комиссии.
http://www.kp.ru/daily/24553/729388/

Елена Токарева

С некоторым душевным трепетом приступаю к очередному опусу об отношениях Москвы и Кавказа. Так вышло, что недавно, находясь в доме отдыха на краткосрочной передышке от московской жары, я забрела в библиотеку. Нет смысла описывать тот ужас, который стоял там на полках со времен Берии (к слову сказать, дом отдыха принадлежит ФСБ). Но среди книжного мусора мне удалось откопать одно «золотое яичко»: это были записки генерала Алексея Петровича Ермолова.

Одна часть этих записок посвящалась, разумеется, Кавказу.

Эта находка скрасила мне трудности погоды, жарынь, которая поселилась в каждом уголке Подмосковья, ядовитые дымы и резкий звук вертолета, на котором, говорят, возвращается обычно домой с работы Сергей Ястржембский, имеющий неподалеку неслабое поместье.

Так вот, записки наместника на Кавказе, тогдашнего как бы «Хлопонина», а именно генерала Ермолова, на сегодня были бы признаны не только неполиткорректными, но скорее даже экстремистскими. Ермолов безо всяких дипломатических уловок описывает все тогдашние кавказские народности, их правителей – князей и ханов а также повадки рядовых абреков. Достается и муллам и мусульманской религии. Но особое место Ермолов уделяет чеченцам. Тут уж он не жалеет черных красок.

«Теперь скажу о народах, против кавказской линии обитающих, — пишет генерал Ермолов. Кабардинцы, менее ста лет назад были идолопоклонниками. Правительство (России) допустило мусульманскую веру водворить. Явились озлобленные против христиан священнослужители. Корыстолюбивые священнослужители приняли на себя разбирательство дел (судебных) все подпало власти их, уничтожены прежние суды…

Моровая язва была союзницей нашею против кабардинцев…»

Тут Ермолов спел во славу чумы, которая несколько сократила стадо абреков, не знавших гигиены и медицины. А то замучили набегами и грабежами.

«Ниже по течению Терека живут чеченцы, самые злейшие из разбойников, нападавших на линию. Общество их весьма малолюдно, но чрезвычайно размножилось в последние несколько лет, ибо принимались дружественные злодеи всех прочих народов, оставляющие землю свою по каким-либо преступлениям…Здесь находили они сообщников. Чечню можно смело назвать гнездом всех разбойников…» — пишет Ермолов.

Не нашла я в этих записках ни единой мысли о том, зачем понадобился России этот самый Кавказ. Ермолов не был философом. Он был военным. Сказали: держать Кавказ и управлять, чтобы Грузию и царство Эривань, попросившихся под руку русскому царю, не разгромили бы соседние разбойники-нехристи, а также хищно нацеливающийся на все это пространство Иран (в смысле, тогдашняя Персия), и Ермолов служил…

Но вот что любопытно…сегодня, когда мы вновь и вновь читаем о преступлениях, которые совершают сегодняшние абреки, видно, что бестолковое это дело – цивилизовать тех, кто не хочет цивилизоваться.

А обманывать себя мы горазды. Со стороны кремлевских пропагандистов, как в свое время со стороны либералов, засыпавших комплиментами чеченских лидеров, воевавших за свободы Чечни, находим мы оптимистические оценки, мол, не пройдет и пятидесяти лет, как горцы станут цивилизованными. Однако со времени Ермолова прошло полтораста лет, а народы как несли свой горный менталитет, так и несут. Чуть что – головы отрезают, баранов режут в московских дворах, насылают «черных вдов» со взрывчаткой в московское метро, стреляют, воруют, устраивают набеги…

Произошедшее на прошлой неделе очередное громкое дело в лагере «Дон» в Туапсинском районе Краснодарского края, на мой взгляд, неприятный пустяк по сравнению с ежедневными убийствами милиционеров в Ингушетии и Дагестане. Но драка в лагере отдыха выявила сразу несколько проблем, которые наша власть старается не замечать. Первое: у русских с чеченцами и сегодня, полтораста лет спустя со времени Ермолова, не получается жить под одной крышей. Глупость устроителей лагеря, которые пригласили погостить 400 половозрелых чеченских спортсменов в детский лагерь, в которо

FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


1 Комментарий

  1. Иван:

    [color=blue]Чем вкладывать миллионы рублей на поддержание этой мелкой республики, лучше бы давно завоевали и поставили свое правительство! Никакого уважения с их стороны и отдачи ждать нечего. Надо действовать жестко и решительно, а не проявлять толерантность и не жевать сопли! Наше правительство готово всем угодить и всех защитить, только не своих граждан! Раз не ценят и не умеют проявлять благодарность пусть сами себя защищают и живут на свои доходы, которые им будут предоставлять грузинские туристы))), а не русские! Что там уроды, что в кремле одно и то-же!

Добавить комментарий

Войти с аккаунтом: