«Фукусима» - головная боль для человечества



Дмитрий Мельников
15.04.2011

«Фукусима» — головная боль для человечества

В Стране восходящего солнца напрасно не учли уроков чернобыльской трагедии

«Фукусима» не воспринимались как серьезный «звонок».
Всем казалось, что японские инженеры смогут в два счета справиться с
возникшей нештатной ситуацией. Поначалу вроде бы все так и шло…

Японская атомная отрасль к моменту аварии пребывала в состоянии
расцвета – ее мощности вырабатывали значительную часть электроэнергии в
стране, ведущие компании-производители, «Мицуи» и «Мицубиси», уверенно
наращивали экспорт оборудования для АЭС, занимались их строительством на
всех континентах. Более того, японцы выступили в числе пионеров
применения перспективного уран-плутониевого горючего, именно на третьем
блоке АЭС «Фукусима» в январе нынешнего года начали использоваться
поставленные из Франции топливные элементы, изготовленные по этой
технологии. Рядом с «Фукусимой» три месяца назад началось строительство
еще нескольких новых энергоблоков. В общем, «Остров счастья» – именно
так переводится это слово с японского.

Последствия землетрясения и цунами 11 марта, вызвавшие небольшие
перебои в работе еще нескольких атомных станций, быстро устранили. Лыком
в строку легли и сообщения о том, что население пострадавших районов
проявляет удивительную сознательность и организованность, случаев
мародерства и грабежей не отмечается. Однако в отношении «Фукусимы» все
было не так. Шли дни, а информация, поступавшая с места событий,
оставляла все меньше и меньше места даже для умеренного оптимизма. Один
за другим произошли разрушительные взрывы на всех четырех энергоблоках
АЭС «Фукусима-1».

Нас пытались убедить, что, мол, ничего страшного не
случилось, с ядерными реакторами все в порядке. Но даже визуальное
знакомство с характером разрушений говорило об ином.

Вскоре опасения начали подтверждаться – японцы признались в утечке
радиоактивных веществ, произошедшей из-за разрушений корпусов реакторов и
защитной оболочки, их окружающей. При этом стремились доказать, что все
находится под контролем. Действительность скоро расставила все по своим
местам. Выбросы продуктов деления ядерного топлива заставили прибегнуть
к крайне непопулярной мере – отселению людей из пятикилометровой зоны
вокруг АЭС, а затем уже и из двадцатикилометровой. Сверхосторожные
американцы практически сразу порекомендовали своим гражданам не
появляться даже в пределах восьмидесятикилометровой зоны.

Однако японцы есть японцы. Они даже сейчас пытаются доказать всем, и в
первую очередь себе, что все не так уж и плохо. Выражаясь словами
российской демократической прессы начала девяностых, ситуация
«развивается по лучшему из худших сценариев». К примеру, в мультфильме,
выпущенном для детей, сравниваются наиболее значительные происшествия на
атомных станциях «Фукусиме», Чернобыле и американской «Тримайл айленд».
Для этого все три аварийных реактора изображены в виде мальчиков,
испытывающих проблемы с животом.

Поясняется, что на «Фукусиме»-де ничего страшного не произошло, этот
мальчик ведь в памперсе. А вот у «мальчика-Чернобыля» были серьезные
проблемы – из-за его «диареи пострадал весь класс». Читай — все северное
полушарие.

Почти с первого дня аварии практически все специалисты в один голос
заявляли и заявляют: они не могут составить целостную картину
происходящего из отчетов, предоставляемых оператором — «Токио электрик
пауэр компани» (ТЕПСО) — и правительством.

По отзывам информированных источников, Токио, несмотря
на свои обязательства перед МАГАТЭ, отказался предоставлять
исчерпывающие данные о событиях на аварийной АЭС.

А ведь это не просто юридическое обязательство, «Фукусима» может
стать серьезной головной болью для всего человечества. К сожалению, в
сокрытии картины произошедшего японцам помогают американцы, объективно
не заинтересованные в том, чтобы недостатки построенных по их лекалам
реакторов всплыли на поверхность.

Что же могло послужить первопричиной столь неожиданного развития
событий? Ядерная отрасль третьей экономики мира была отнюдь не тихой
бухтой, не знавшей океанских бурь. Происшествия происходили там с
пугающей регулярностью. Однако лишь малая часть из них становилась
достоянием гласности. За примером далеко ходить не надо, в 2007-м на все
той же «Фукусиме» имел место инцидент, в ходе которого два сотрудника
станции «схватили» довольно серьезную дозу облучения. Все произошло
из-за того, что рабочие пренебрегли практически всеми мыслимыми
правилами работы с радиоактивными веществами – они переливали раствор
солей урана ведрами. В тот момент большинство из нас восприняло это как
курьез, ну мало ли что может случиться с неопытными пролетариями. А зря.
За несколько лет до этого один из японских атомщиков, отбросив нормы
цеховой морали, открыто предупреждал, что регулярно происходящие, в том
числе и по причине неопытности, из-за недостаточной квалифицированности
персонала и управляющего звена многочисленные факты происшествий и
аварий попросту скрываются. На суд общественного мнения, как он
утверждал, дают благостную картинку.

Впрочем, тревогу били не только отдельно взятые взбунтовавшиеся японские атомщики, но и международные надзорные органы.

Например, в 2007-м МАГАТЭ выявило недостатки, причем опять на все той
же «Фукусиме», и выдвинуло идею о необходимости проведения инспекций.
Токио ответил отказом. В том же году тревожное заявление о возможности
масштабной аварии на этой станции из-за ошибок в проектировании и
неопытности персонала сделала Японская коммунистическая партия – ну, как
в воду глядела. Тогда на него практически никто не удосужился обратить
внимания: стоит ли верить «лживым коммунистам». Сейчас многие из
японцев, даже далекие от политики и энергетики, вспоминают о
прозвучавшем предупреждении.

Помимо неопытности персонала сказывалось и несовершенство структуры
ядерной отрасли нашего островного соседа. АЭС «Фукусима» — составная
часть ТЕПСО. А для подобной организации в качестве приоритета выступает
капитализация – чем выше авторитет, тем выше надежность, и,
соответственно, котировки акций. Значит – и доходы. Поэтому ТЕПСО и не
спешило с обнародованием плохих новостей, опасаясь финансовых
трудностей. В том же духе была составлена инструкция по оповещению
властей в случае чрезвычайной ситуации. Согласно ей, необходимо было
поставить в известность губернатора и атомный надзорный орган страны… по
факсу.

Небольшой «секрет»: японским специалистам с первых дней начала
развития событий на «Фукусиме» было ясно, что ситуация выходит из-под
контроля. Уже 12 марта буквально со всей страны начали набирать
специалистов — для устранения последствий ЧП. Как явствует из сообщений
японского интернет-сообщества, семьи провожали своих близких «со слезами
на глазах». Иными словами, ТЕПКО попыталась по-тихому решить проблемы.
Но действительность внесла свои коррективы – радиоактивные выбросы
продолжаются по сей день.

Более того, даже, судя по успокоительным пресс-релизам ТЕПКО,
становится ясно, что в аварийных реакторах в остатках ядерного топлива
все еще проистекает самоподдерживающаяся цепная реакция, чреватая
дополнительным загрязнением окружающей среды.

Другая причина – отсутствие у компании более-менее адекватных средств
борьбы с аварией. Необходимая техника, да и то частично, появилась лишь
через неделю после возникновения ЧП. До этого персонал станции и
упомянутый выше отряд добровольцев пытались «разрулить» все собственными
силами, периодически покидая станцию, когда там в очередной раз
чрезмерно повышался радиационный фон. Результат известен всем: вслед за
взрывом одного реактора «пошли вразнос» и все остальные. В Чернобыле
лишь благодаря самоотверженным действиям пожарных удалось избежать
распространения огня на соседний третий блок.

Крайне мешала также излишняя заорганизованность ТЕПСО, как, впрочем, и
всего японского социума. Есть информация, что наихудшего сценария
удалось бы избежать. Для этого нужно было принять решение о выпуске в
атмосферу излишков водорода, образовавшегося в аварийных горячих
реакторах в результате реакции воды с цирконием, который входит в состав
оболочки топливных элементов.

Однако, пока операторы докладывали начальству на
станции, а те, в свою очередь, следующему звену и далее вверх по
цепочке, время было безнадежно упущено.

В наличии и системный недостаток, заключающийся в базовых принципах
подбора персонала для АЭС в западных странах, включая Японию.
Большинство из смены на атомной станции – операторы. Они отлично
натасканы на поверхностное понимание сути процессов, происходящих в
атомном «котле» — ну, примерно как известный американский мультяшный
персонаж Гомер Симпсон, также «работник» АЭС. На всю смену — лишь один
контролирующий физик-ядерщик с пониманием проектных основ безопасности.
Конечно, на западных АЭС имеется служба поддержки, куда входят
«системные инженеры» — люди, занятые планированием ремонта и решением
всех вопросов по закрепленным технологическим системам, согласно узкой
специализации. В общей сложности, на АЭС западного типа насчитывается
около тридцати-сорока человек, потенциально способных к поиску выходов в
аварийной ситуации. При этом они раскиданы по различным подразделениям,
у них неодинаковая степень компетентности. Всю хрупкость подобной
системы ярко продемонстрировало ЧП на американской АЭС «Тримайл айленд» в
1979-м, когда операторы смены так и не смогли понять, что своими
неумелыми действиями они устроили аварию реактора. Лишь заступивший на
смену инженер смог остановить неблагоприятное развитие ситуации. В то же
время на российских АЭС придерживаются принципиально иной концепции:
каждый оператор должен знать, что происходит, когда он нажимает на ту
или иную кнопку. Подготовка подобных специалистов дело затратное, но в
СССР, а затем и уже в России идут именно по такому пути.

Для Запада же и последовавшей за ним Японии гораздо
важнее «клепать» эффективных менеджеров, основное преимущество которых –
умение красиво говорить и создавать видимость работы.

Все это ярко иллюстрирует поведение руководства ТЕПСО уже после
катастрофы. Мастера слова, пытаясь выдать благостную картину
происходящего, даже спустя несколько недель после аварии, утверждали,
что уровень радиационного загрязнения на станции относительно невысокий.
Они демонстрировали результаты замеров, на которых был в основном
радиоактивный йод-131. Специалистам сразу было ясно – если присутствует
этот короткоживущий изотоп с периодом полураспада всего в восемь дней,
причем уровень содержания его около АЭС не снижается с течением времени,
значит, все новые порции йода-131 выбрасывает аварийный реактор,
реакцию деления ядер в котором заглушить не удается.

А чего стоит пропагандистская работа в интернете! Спустя несколько
дней после аварии в японском аналоге нашего «В контакте» появился блог
некой Сиба Харуки, которая описывала героическую борьбу персонала
станции. Однако в современной Японии замужние женщины в основном сидят
дома, поэтому существование подобного персонажа под большим вопросом.
Особенно если учесть, что Сиба Харуки утверждала, будто персонал станцию
вообще не покидал. Много претензий и к работе японцев с населением,
пострадавшим от землетрясения, цунами и взбесившегося реактора.
Картинка, предложенная официальными властями, особенно, та, что шла на
экспорт, была благостной: населению оказывается помощь, все под
контролем. Часть наших журналистов подхватили новость о том, что одна из
дорог в районе землетрясения была отремонтирована за шесть дней. Не
было, мол, ни случаев мародерства, все вели себя достойно. Возможно, это
и достойно восхищения, но есть другая сторона медали. Чего стоит только
обращение мэра одного из городов, оказавшегося в зоне бедствия, в
котором он, презрев все письменные предписания и нормы чиновничьей
этики, через интернет буквально возопил к мировому сообществу с мольбой о
помощи.

В отличие от Чернобыля, людям из двадцатикилометровой
зоны отчуждения вокруг аварийной японской АЭС не было дано указание в
обязательном порядке покидать свои жилища. Были даны лишь рекомендации —
их можно выполнять, а можно игнорировать.

Токио продолжает уверять, что «Фукусима» — это, мол, авария не
«чернобыльского типа». Сомнительное утверждение, если вспомнить, что мы
не знаем даже приблизительно, сколько на самом деле тонн радиоактивной
воды японцы слили в Тихий океан, сколько радиоактивного мусора раскидано
на территории станции и сколько радиоактивного пара ушло в атмосферу.
Авария на АЭС, вначале классифицировавшаяся атомщиками как происшествие
четвертой степени согласно Международной шкале ядерных событий — то есть
без значительного риска для окружающей среды, затем дотянула до пятой, а
сейчас уже рассматривается, специалистами как происшествие шестой, или
даже седьмой, чернобыльской, наивысшей степени данного стандарта. Она
означает тяжелые последствия для здоровья населения и для окружающей
среды. Так что у «Фукусимы» есть все шансы догнать и превзойти
Чернобыль. К сожалению.

Да, японцы, к великому сожалению, не стали учитывать уроки Чернобыля.
Аналитики считают, что руководство страны даже возлагало определенные
надежды на Вашингтон – мол, согласно Договору о взаимной помощи придут
бравые американские военные и все сделают.

В Вашингтоне не решились рисковать своими джи-ай,
ограничившись лишь переброской по морю техники и военнослужащих сил
самообороны Японии в район аварийной АЭС.

В отчаянии японцы заговорили о том, что высоко бы оценили помощь ликвидаторов-чернобыльцев. Но к тому времени уже было поздно.

Каковы же могут быть последствия для Японии всей суммы стихийных
бедствий? Они отбросят назад экономику нашего островного соседа. Токио
будет испытывать значительные трудности, продвигая свои предложения по
сооружению АЭС в третьих странах – а ведь до недавнего времени
корпорации этой страны играли одну из ведущих ролей в данном сегменте
мирового рынка. Как ни цинично, но все это может привести к укреплению
позиций России на этом участке, если место японцев не займут
«подсуетившиеся» южнокорейские корпорации. Впрочем, японский экспорт
будет испытывать большие трудности по всем направлениям – подавляющее
большинство государств начнет проверять продукцию, произведенную в этой
стране, на предмет радиационного контроля. Это вынудит японские
корпорации значительно снизить цены, соответственно упадут доходы
государственного бюджета. Страна будет вынуждена проесть свои
золотовалютные резервы, залезть в еще большие долги, увеличить налоги.

К сожалению, нельзя исключать возможность того, что
японская элита может решиться на какую-либо внешнеполитическую авантюру в
целях стабилизации внутриполитического положения, Курилы в этом смысле –
одна из очевидных точек для приложения сил.

По логике, трагические события должны были неминуемо привести к
смещению внешнеполитических приоритетов Японии. Но, вопреки этой самой
логике, претензии Токио на «северные территории», то есть российские
южные Курилы, никуда не исчезли даже в эти трагические дни. Ну, а мы?
Дмитрий Медведев заявил о готовности оказать гуманитарную помощь,
принять пострадавших в санатории, а также при необходимости рассмотреть
возможность трудоустройства японцев в Сибири и на Дальнем Востоке.
Красноярский губернатор Лев Кузнецов сказал, что вся необходимая
инфраструктура края может быть предоставлена для размещения
пострадавших, руководитель Кемеровской области Аман Тулеев предложил
принять на отдых в Кузбассе 100 японских детей, которых обеспечат всем
необходимым. «Простые люди» тоже показали свой характер. Один из наших
автолюбителей отказался принимать деньги от японца, протаранившего его
машину, посоветовав перечислить виновнику аварии сумму компенсации в
фонд помощи Стране восходящего солнца…

Ну, такие мы люди.


Специально для Столетия

FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


Добавить комментарий

Войти с аккаунтом:



Группа ВКонтакте