Основа документального фильма "Три товарища " - это судьбы трех друзей на фоне войны. В разгар бомбардировки матери российских солдат, мечутся по горящим улицам в поисках сыновей. Дети, женщины и старики ютятся в подвале пятиэтажки, пережидая штурм. В десятке метров взрывается снаряд. Студентмедик Ислам Баширов приехал из Москвы на войну, чтобы спасать людей. Его друг Рамзан Межидов устроился на телевидение оператором. Рамзан погиб в результате точечной ракетной атаки, когда снимал колонну беженцев в 1999 году. Еще раньше был похоронен и Руслан Хамхоев, также оператор по профессии. Без каких-либо объяснений его арестовали по дороге домой к жене и сыну, а затем расстреляли.

Основа документального фильма "Три товарища " — это судьбы трех друзей на фоне войны. В разгар бомбардировки матери российских солдат, мечутся по горящим улицам в поисках сыновей. Дети, женщины и старики ютятся в подвале пятиэтажки, пережидая штурм. В десятке метров взрывается снаряд. Студентмедик Ислам Баширов приехал из Москвы на войну, чтобы спасать людей. Его друг Рамзан Межидов устроился на телевидение оператором. Рамзан погиб в результате точечной ракетной атаки, когда снимал колонну беженцев в 1999 году. Еще раньше был похоронен и Руслан Хамхоев, также оператор по профессии. Без каких-либо объяснений его арестовали по дороге домой к жене и сыну, а затем расстреляли.

У жителя города Грозный Рамзана Межидова была любовь — видеокамера. В начале 90-х Рамзан вернулся из армии и устроился работать на местное телевидение оператором. Снимал все подряд и на работе, и в свободное время. Снимал даже из собственного дома, который бомбили в новогоднюю ночь 1995. Все, что осталось от Рамзана Межидова сегодня — это искореженная осколками снаряда видеокамера и несколько часов видео.

Видеоматериалы заботливо отреставрировала амстердамский режиссер Маша Новикова. Получился двухсерийный фильм «Три товарища», о Рамзане и его двух школьных друзьях, о трех судьбах Ислам Баширов, единственный из «трех товарищей» оставшийся в живых. (Софья Корниенко)

Доп. информация: История трех школьных друзей, молодых грозненских ребят. Один — студент-медик Ислам Баширов поехал из Москвы на первую чеченскую войну спасать людей, а затем был арестован в Москве (ему подкинули наркотики), но смог бежать в Голландию. У его друга Рамзана Межидова была любовь — видеокамера. В начале 90-х он, вернувшись из армии, устроился на грозненское телевидение оператором. В свободное время он снимал все подряд, в частности друзей — Ислама и портного Руслана, возившего его на своей машине на журналистские задания. В начале войны Руслан погиб. А в 1999 году погиб и Рамзан, снимая, как российская авиация бомбит колонну беженцев.

Делая фильм о Исламе и его друзьях, голландские документалисты отправилась в Грозный. Там, в доме Рамзана, они случайно нашли тайник с его кассетами — съемки периода первой войны. Рамзан снимал все, что видел вокруг: трагический новогодний штурм, дети, женщины и старики, ютящиеся в подвалах. Матери российских солдат, в разгар бомбардировки мечущиеся по горящим улицам в поисках сыновей…

Голландцы отреставрировали записи Рамзана, сняли семьи убитых друзей. Вдовы и дети, сдержанно рассказывающие о Рамзане и Руслане. Ислам, который, несмотря на успешную карьеру врача (что очень непросто для беженца в Европе), по-прежнему находится в глубокой депрессии. Как и у Оганесяна, сила «Трех товарищей» — просто в том что с 1993 года мы видим жизнь конкретных, понятных людей, которые становятся зрителю все более родными. Показанная изнутри, с самого начала, эта абсурдная война обретает плоть, понимаешь, что все это правда было. Как и Оганесян, Новикова не интересуется вопросом, кто прав и виноват, а просто рассказывает потерявшему память обществу, что с ним случилось. Наверное, «Три товарища» — лучшее, что было снято о Чечне, фильм получил приз "Amnesty International”.

Режиссер Мария Новикова заботливо отреставрировала эти записи: »Я горжусь тем, что имя Рамзана первым стоит в титрах. Снимать было очень трудно. Мне казалось, что это нереально, что такое возможно в Сталинграде, во время блокады Ленинграда. Мы ехали на БТРе, у нас в руках были маленькие камеры. Трудно было просто смотреть в объектив, потому что текли слезы, и я ничего не видела, собственно говоря, снимала немножко наобум…То есть сначала находишься там, кажется, что это нереальный мир, что ты — во сне, а когда возвращаешься оттуда в Москву, где вообще ничего нет, войны нет, и все прекрасно. И тогда тоже не понимаешь, что же такое нереальный мир — там или здесь.»

«Этот фильм надо пропустить через себя. Он потрясает именно тем, что он про трагедию в чистом виде, а не про чеченцев, не за и не против» (Правозащитник Светлана Ганнушкина)

 

FacebookTwitterGoogleVkontakteOdnoklassniki


1 Комментарий

Добавить комментарий

Войти с аккаунтом:



Группа ВКонтакте